Боги как боги

– Харэ ваньку валять! – занервничал грабитель, наставляя на блаженного дрожащий пистолет. – Телефон, часы, золото, деньги!

– Эх, юноша… – безмятежный дядя покачал головой, словно хотел вразумить непутёвого сына. – Эти ценности иллюзорны. Вам они не принесут ни счастья, ни здоровья, ни любви окружающих. Только минутное удовольствие. Но раз уж вы так настаиваете…

Он сунул руку в складки тоги и, как заправский фокусник, вынул ворох зелёных заокеанских и радужных забугорских бумажек. У агрессивного юнца отвисла челюсть, и рука с пистолетом опустилась градусов на двадцать.

Рита смотрела во все глаза. А фокусы продолжались.

Как Царевна-лягушка, мечущая лебедей из рукава, этот кудесник доставал из своей тоги всё новые сокровища. С десяток телефонов несправедливо завышенной цены посыпалось в мусорный мешок подростка. Потом несколько штук наручных часов, обвисших в мощном кулаке трюкача, как букет полевых васильков, который долго несли до вазочки по солнцепёку, да так и не донесли. Два других бандита застыли, наблюдая за появляющимися ниоткуда богатствами.

Даже полные денег сумки не застегнули.

Рита опомнилась и начала по миллиметру отползать подальше от массовика-затейника. А тот пошёл на коронку. Достал из тоги изобилия две щедрые горсти бриллиантовых украшений и золотых монет, заманчиво блистающих в стерильном банковском освещении. Да вот досада: застёжка одного ожерелья зацепилась за плотную ткань, престидижитатор неловко потянул, и драгоценности задорно раскатились по всему полу.

Позабыв обо всём, начинающие грабители бросились поднимать сокровища, да так и застыли, едва коснувшись вожделенного металла.

Заложники и кассирши замерли, ожидая подвоха. Прошло с полминуты, но алчные подростки в чёрном так и не распрямились. Посетители банка недоумённо переглядывались, а ряженый чудодей, как ни в чём не бывало, прошёлся по залу, подбирая пистолеты, играючи загибая вверх их чёрные стволы и брезгливо отбрасывая. Окинул взглядом зал и присутствующих, покачал головой и вышел в стеклянные двери.

Видя, что злоумышленники обезврежены, люди стали несмело подгребать упавшие поблизости от них брюлики и монетки. Кто-то, хихикнув, ткнул пальцем одного из грабителей, согнувшихся в позе дачника, и живая статуя рассыпалась в пыль. Остались лишь колготки да комплект спортивной одежды.

Посетители заорали, накинулись на добро. Завопили сотрудницы, заревела пожарная сирена. Бабули ползали по полу на карачках.