Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Канун одобряюще кивнул и начал переворачивать стулья в уже опустевшей таверне.

Тут послышались шаги на лестнице.

– Эй, добрый человек, подготовьте мою лошадь, – раздался знакомый голос.

Светловолосый молодой мужчина вошел в зал таверны с таким видом, словно все здесь принадлежало ему: плечи расправлены, походка небрежная, на губах – снисходительная улыбка. Элейн сжала зубы. Как же она ненавидела его… Повадки, одежда, черты лица – все вызывало раздражение.

Канун кликнул мальчишку-конюха, и тот скоро прибежал, жуя лепешку.

Пока карнаби ждал исполнения своего указания, управляющий продолжил разговор с Элейн:

– Да и как ты одна поедешь? Опасная это затея.

– Не опаснее, чем ходить на реку ранним утром полоскать белье, когда выпивохи ползут домой из таверн.

Канун покачал головой:

– Тут-то все кападонцы. Кападонец беззащитную девушку не обидит.

Элейн подумала, что управляющий серьезно заблуждался, но не успела возразить.

– А ты, девочка, отправляешься в Мидленд.

Там у них, – он будто бы из приличия понизил голос, хотя и недостаточно, чтобы их не услышал гость, – ни чести, ни сострадания. Эти могут сделать что угодно.

Слушая Кануна, Элейн краем глаза заметила, что карнаби не сводил с нее взгляда. Вероятно, потому и не отреагировал на оскорбление управляющего – явно о чем-то задумался. Она старалась делать вид, будто не замечала пристального внимания, но он так смотрел, что это становилось невозможно. И тогда, внутри дрожа от страха, вопросительно подняла брови.

– Простите, мы встречались раньше? – спросил он, отталкиваясь от высокого стула.

Элейн несколько мгновений думала, что сказать. Сомнений быть не могло: Карнаби увидел ее, когда приоткрыл глаза тогда, в номере. Но понял ли, что это был не сон? Вряд ли, иначе бы сразу вскочил и разделался, убежать она бы не успела.

– Вы были на реке, – нашлась вдруг она, – когда хотели вымыть руки. Я стирала.

– А-а-а, – протянул он, вспоминая встречу.

 – А я никак не мог сообразить, откуда так знакомо ваше лицо.

Она сдержанно кивнула.

– Прошу прощения, – продолжил он, – я услышал, вы направляетесь в Мидленд? Я еду в Хапо-Ое, это приграничный город. Могу довезти до него, а там возьмете другую повозку. Куда именно в Мидленде вы направляетесь?

Управляющий напряженно взглянул на гостя. Он не хотел оставлять молодую кападонскую прачку в компании карнаби, да еще и солдата.