Ангел-хранитель

Она вспоминала, анализировала, оценивала…

Когда-то отец сказал ей: «Тот человек, кто один раз решился на преступление ради определенной цели, но цели не достиг, уже остановиться не может. Особенно если остался безнаказанным. Это психологический закон. В глубине его души уже всколыхнулись темные силы: злость, азарт и жгучая неудовлетворенность. Он обязательно захочет добиться своей цели и пойдет на повторное, на третье преступление – до конца!»

Отец был очень умным и проницательным человеком. Потому Алена, оказавшись здесь, в этом доме, называемом «Замком», жила в постоянном напряженном внимании.

Ах, как это тяжело! Никто ведь не должен замечать ее настороженности. А она – не пропустить ни одного намека на угрозу маленькому Всеволоду, князю Берестову…

Что это за яма на дорожке в саду, закрытая крышкой? Случайно ли именно поверх нее проложена новая дорожка? Если нет, значит, приказ разбить клумбу там, на месте старой тропы, – это злой умысел! А если просто случайность? Ведь крышка совершенно незаметна за густым утрамбованным дерном.

Может быть, это какой-то старый колодец, о котором уже никто не помнит, а может, там совсем неглубокая выемка, не опасная… И что теперь ей делать с этой находкой? Если все только случайность, надо рассказать. Люк откроют, проверят, яму засыплют – и все, никакой опасности. Но… если предположить злой умысел? Как тогда правильно поступить? Тоже можно рассказать и тем самым расстроить преступный план. Но тогда через некоторое время появится новая ловушка, о которой она, Алена, может и не догадаться. Значит, промолчать и наблюдать? Пристально, очень пристально…

Она посмотрела на мальчика. Он почти утонул в большом мягком кресле. Сбросил башмачки, одну ногу поджал под себя, вторую, в белом носочке, положил на подлокотник. Читал, чуть заметно шевеля губами. Книга была на русском языке. Алена улыбнулась: Лоде значительно проще было бы читать по-французски, но «Робинзон Крузо» его так увлек… Еще немного времени пройдет, и для него уже не будет разницы – русский, французский.

Но надо, чтобы это время никто у него не отнял, не прервал…

Что это за странный разговор с ней вела вчера мадам? О том, что Лодя – сомнамбула! Но ведь она за три месяца все особенности мальчика изучила. Мгновенная смена настроения: от веселого смеха до резкой, буйной вспыльчивости с рыданиями. Обидчивость, которую трудно предугадать – на совершенно обычное слово и поступок.