Ангел-хранитель

Она тоже тогда ходила на спиритические сеансы к знаменитому магистру Дидикову и к двум-трем подругам, проводившим такие сеансы у себя дома. И хотя магические атрибуты: меч, пентаграмма, намагниченное железо, медленное кружение светящегося шара и особенно двигающаяся как бы сама по себе планшетка – все это заставляло замирать сердце, а временами и наводило ужас, все же она воспринимала сеансы скорее как таинственную игру. Но одно дело общаться с невидимыми духами через планшетку, и совсем другое – вызывать их души, или, как говорит колдунья – «мантии», – на физический контакт!

Коробова молча смотрела на надпись на белой плите.

– Ты сама не знала, что все время шла сюда, ко мне. Ты быстро всему научишься, ведь ты последняя истинная Сураева. И у тебя есть сын…

– Он Коробов! – воскликнула она.

– Наполовину – Сураев. Это много, – сказала старуха решительно.

– Нет, это все несерьезно! – Тамила Борисовна попыталась сбросить с себя наваждение.

– Есть у меня питье для тебя, давно готово, – махнула рукой старуха. – Ладно, не стану торопить. Да так и вернее будет: определишь сама – белая тебе нужна сила или темная? А потом вернешься, куда денешься! Придешь ко мне.

«Как бы не так! – подумала Коробова. – Дай мне только своего зелья, а там я сама со всем справлюсь. Без всякой магии…»

Старуха вновь словно прочитала ее мысли:

– Ну пошли, – сказала. – За настойкой.

Они вернулись к дому, но теперь Евстафия Исидоровна зайти гостью не пригласила.

– Подожди меня тут, – наказала.

Через пять минут вынесла два фарфоровых флакончика. Открыла один, дала Коробовой понюхать:

– Это снотворное. Пять капель в любой напиток – и сон до утра крепчайший, ничем не разбудить. А наутро голова будет ясная, свежая.

Открыла другой флакон, понюхала сама, потом протянула Тамиле Борисовне. Запах был очень приятный. Во флаконе, который был заметно больше первого, мутно плескалась густая коричневая жидкость.

– Кто это выпьет в ночь новолуния, полчаса будет ходить во сне… Хватит тебе получаса?

Коробова прикрыла глаза ресницами, скрывая торжествующий блеск. Кивнула. Достала из сумочки, висевшей на длинном ремешке через плечо, пачку ассигнаций.

– Сколько я должна вам?

Старуха сурово отвела ее руку.

– Сочтемся… когда снова сюда вернешься.

Не выдержав взгляда колдуньи, Тамила Борисовна неловко усмехнулась.