Качели судьбы

Надо было найти людей, видевших машину. Пригородная платформа называлась «Дубовая роща», и по обе стороны от неё располагались дачные посёлки: выросшие за последние пять лет дома на стандартных шести сотках. Кануло в прошлое время, когда дачные строения не должны были выходить за определённые размеры. И потому здесь дома стояли очень разные: от скромных дощатых до настоящих каменных усадеб в три этажа – каждому по достатку.

Один посёлок – слева от платформы, – тянулся вдоль самой железной дороги, второй – правый, – располагался дальше, через лесок и поле.

Сразу за платформой пути пересекала широкая автомобильная трасса. Капитан Лоскутов и двое толковых ребят-оперативников искали среди дачников тех, кто в субботу приехал поздно, после десяти вечера, или выходил уже затемно – по делам или погулять. Таких не нашлось. Экспертиза показала: Климова погибла от десяти до одиннадцати часов вечера. Но тело могли привезти и позже. Поэтому оперативники интересовались временем вплоть до утра. Но всё оказалось бесполезно. Никто не видел машины, не слыхал рокота мотора. Ближайшее село Калиновка стояло в нескольких километрах дальше, жители его пользовались следующей платформой. Но всё же капитан и его помощники наведались и туда. Интересовали их те, кто имел свой автомобиль, а также ребята-мотоциклисты. Кто-то из владельцев машин мог возвращаться поздно из города, а парни, как известно, любят гонять по ночным трассам с ветерком и рёвом на своих двухколёсных мустангах… Но нет! Двое сельчан – один сразу после десяти, другой заполночь вернувшиеся домой, уверяли, что на подъезде к Калиновке и машин-то встречных не было. А мальчишки в тот вечер, как назло, гоняли мотоциклы не по трассе, а по лугу у реки… Неизвестная машина казалась невидимкой. Была ли она вообще?

И как Климова попала в машину? Где, в какое время? С помощью Дубровина и других студийцев оперативники восстановили обычный субботний маршрут Ларисы Алексеевны. Библиотека, где проходили занятия, находилась на одной из центральных улиц района.

Обычно выходили все вместе, с улицы сворачивали на широкую парковую аллею, которая, огибая стекляшку-кафе, выводила прямо к входу в метро. Здесь прощались: многие жили тут же, в посёлке. Этот район так издавна привыкли называть – «посёлок МЗ», – хотя и по числу живущих, и по архитектуре он был настоящий небольшой город. Вокруг стали появляться свои микрорайоны. В один из них трамваем уезжал Олег Белов.