Качели судьбы

Но они постоянно были среди ребят, а от его попытки увести её снова в лес, Лариса мягко уклонилась.

На ночь Татьяна и Славка были назначены костровыми. Для ночного костра подходили толстые и сухие поленья, а лагерь их стоял в молодом лесу. Зато на том берегу шли лесозаготовки, и ребята обычно ездили туда на лодке, таскали дрова из уже сложенных штабелей. Вскоре после обеда лодка отчалила: Таня сидела на носу, Славка грёб – ровно, красиво, сильно… В десять часов, когда совсем стемнело, их ещё не было. Не вернулись они ни в одиннадцать, ни в двенадцать.

Все до единого ребята собрались на берегу, кричали, свистели, стараясь разглядеть на тёмной воде хоть какое-то движение. На учительницу было страшно смотреть: её колотила дрожь, рука непроизвольно лежала на сердце.

– Может, они заблудились в лесу? – шептал кто-то. – А, может, лодка перевернулась?

– Они оба отлично плавают! – зло отрезала Лариса, не оборачиваясь. Ей тоже было страшно, но паникёры раздражали. Она вспомнила Славку в футболке и плавках, Таню в сарафанчике, сказала тихо:

– Замёрзнут вот только…

Решили разложить костёр: может быть, в темноте ребята не понимают куда плыть! И хотя берег был усеян кострами рыбаков, они разожгли и свой у самой речной кромки.

Не знали, что завтра вода у берега станет чёрной от пепла, и два дня невозможно будет купаться.

Притихшие и хмурые, девочки и мальчики сидели у костра. Прошёл ещё час, постепенно стали расходиться, расползаться по палаткам. Только теперь Лариса и Алик остались одни, сидели у догоравшего костра, прижимаясь друг к другу, спасаясь от тревоги и холода.

И он сказал, почти прошептал: «Ларочка, ты теперь моя жена…» И заскользил губами по её щеке. Такими ненужными и неуместными сейчас показались ей эти слова, что девушка отпрянула, в её глазах вспыхнуло пламя – отблеск костра.

– Подожди! – Она подняла руку: удерживая ли его, призывая ли к молчанию. – Кажется, голоса…

Но это от палаток шли учительница и два парня.

– Алик, – сказала учительница, – пойдём с нами в деревню за лодкой.

Поедем искать их. Надо же что-то делать.

Мальчик поднялся, тихо сказал:

– Иди в палатку, поспи.

Лариса мотнула головой:

– Я ещё немного посижу.

Она осталась одна у почти догоревшего костра, и только изредка подбрасывала в него сучья. Сзади не слышно было ни шороха, ни движения, но всё равно, что-то заставило её резко оглянуться. Рядом сидел Славик. Слабый отблеск огня метался тенями, делал его лицо суровым, а глаза застывшими.