Санный след

Тот был чуть ли не самым богатым человеком в городе: владельцем отелей, ресторанов, ипподрома с конезаводом, а также нескольких газет. Дочери он не запрещал жить по-своему, даже гордился этим.

Несколько дней назад Леночка и Анетт Городецкая встретились на званом вечере. Юбиляр – городской голова – принимал гостей по случаю именин на большом прогулочном пароходе. Они медленно плыли по Волге под музыку, в ярких огнях. Анетт, с бокалом шампанского в руке, подошла к столику Леночки и Ксении, присела, принялась болтать.

А когда Ксения ненадолго отошла, сказала:

– Жених твой, Леночка, не только на сцене храбрец, но, похоже, и в жизни человек рисковый. Он меня прямо заинтриговал!

– А в чем дело? – Леночку почему-то ее слова не обрадовали, а, напротив, обеспокоили.

– Репортер, милая, по своей сути тот же сыщик. Было у меня кое-какое дельце в одном укромном и мрачном местечке в портовом районе. Есть там что-то вроде постоялого двора. В общем, обычный притон.

– Боже мой, Анетт! Как ты не боишься! Случись что, и следов не отыщется!

– Волков бояться… Впрочем, я подозреваю, что родитель мой охранников ко мне приставил, замечаю иногда… Но я не об этом.

Из окошка того постоялого двора я наблюдала картинку: напротив – кабак, и вот у входа встречаются твой Петр и какой-то жуткий тип… Здоровенный такой, небритый, полупьяный, со шрамом через всю щеку. Жених твой в плащ кутался и шляпу надвинул, но у меня глаз наметанный, узнала. Встретились они как знакомые, причем верзила был явно чем-то недоволен, наскакивал на Уманцева. В кабак они вошли вместе, а как вышли – не видела. Сама раньше ушла.

…Петр и Леночка уже шли по саду, держась за руки. Он смотрел на нее с веселой укоризной, как на маленькую.

– Дорогая, что я могу сказать! Анетт Городецкая большая выдумщица. Что-то ей почудилось, она досочинила, вот и получился захватывающий сюжет.

– Значит, это был не ты?

– Жаль вас обеих разочаровывать, опровергать слухи о своей загадочности… Но нет, не я.

Никогда не бываю в таких местах, даже не знаю того района… А с тетей ты поделилась этой таинственной историей?

– Нет, зачем же! Я ведь и сама не очень-то поверила.

– А-а, даже ты – «не очень»! А уж Ксения Аполлинарьевна меня бы доняла! Бр-р-р…

– Петенька!

– Шучу, шучу. Ладно, забудем.

Они вышли к застекленному розарию. Сейчас, летом, все двери и окна здесь были нараспашку, а воздух казался густым от благоухания.