Санный след

Его-то, Уманцева, как раз охотно приглашали на званые вечера, балы, торжества. Просто Леночка из-за длившегося до недавнего времени траура по отцу в таких местах не бывала. Но вот же: ничто не помешало Уманцеву именно ее заметить! Не побоялся он прямо подойти к Орешиным, напроситься в гости!

– Решительный молодой человек, – резюмировала Ксения. – Значит, ждите от него решительных действий.

Традиционные чаепития у Орешиных по четвергам бывали немноголюдны. Три близких друга покойного князя с женами да Ксения – вот и все гости.

Но столь узкий круг позволял присутствующим вести себя просто, без церемоний, по-семейному. Появление артиста Уманцева и возбудило, и смутило одновременно. Но очень скоро былая атмосфера восстановилась. Молодой человек держался совершенно естественно, легко и с достоинством. За столом он сидел через два человека от Леночки и был исключительно внимателен к своим соседям. Но девушка постоянно чувствовала его взгляд, и он пользовался любым предлогом, чтобы обратиться к ней. Как-то непринужденно завязался разговор, позволивший Уманцеву рассказать об отце – помещике Тульской губернии, добром и честном человеке, растившем его с детских лет без матери. О том, как отец доверился преступному управляющему, а тот, воспользовавшись бунтами трехлетней давности, разорил имение, нажившись сам. К этому времени он, Петр, успел прослушать три курса инженерной академии в Москве. Но быстро понял, что его призвание – театр. Уехал в Северную столицу, окончил Петербургские драматические курсы. Играл в театре в Ораниенбауме, по сезону – в Вильно, Орле, Харькове. Там познакомился с антрепренером, который снял театр в Саратове и пригласил Уманцева на зимний сезон. Но здесь, в Саратове, артисту так понравились и театр, и труппа, что он остался. К тому же там, в центре России, его уже ничто не держит: отец скончался, имение ушло за долги.

Леночка видела, как сочувственно слушали гости грустную историю молодого человека. Только тетя, сидевшая рядом, в какой-то миг прошептала:

– Хорошо говорит… Артист! Впрочем…

Да и она тоже была тронута.

Но когда из большой столовой все перешли в малую гостиную, где ожидали их накрытые к десерту столики, разговор сам собой изменил русло, хотя и продолжал крутиться вокруг театральных тем.

– Скажите, господин Уманцев, ваше мнение, – попросил один из гостей, глава губернской банковской ассоциации Никита Дмитриевич Бушев, – что есть настоящий вид искусства: трагедия или комедия? Я что-то сомневаюсь насчет комедии.