Доминанты

В памяти всплывает надсадно жужжащий у соседей по ночам самогонный аппарат, мешавший мне спать; проигрыватель с пластинками, заменявший чтение сказок на ночь; друзья родителей, укладывавшие меня, если папа и мама не могли оторваться от разговоров в приятной компании. Помню, что за плохие оценки меня кормили противной склизкой овсянкой и сладким молочным супом с макаронами, который я также ненавидела. Как мама платила мне по три копейки за каждый час, который я просидела в одиночестве, не подходя к ней, потому что она в это время музицировала.

Я меланхолично и неотрывно смотрела на стрелки часов, ожидая заветного момента, когда положенное время истечет. Наверное, именно тогда я научилась медитировать. Когда мы переезжали на другую квартиру, в машине у моего медведя Майкла оторвалась голова, и оказалось, что у него там опилки. Это стало чудовищным потрясением, я заплакала, потому что подумала, что он умер. Тем не менее, я себя считала счастливым ребенком: у меня были самые лучшие, самые любимые родители и самая умная бабушка, хотя и очень строгая. К тому же были и прекрасные моменты, когда мама играла для меня на фортепьяно и тихонько напевала. Жаль, это быстро заканчивалось. Иногда она играла мне «Лунную сонату» и колыбельную, которую сочинила для меня.

…Помню, когда я пошла в школу, у меня случилось потрясение из-за моей фамилии.

Фамилия

Как-то раз мой друг Вадик (как его точно звали, я уже не помню, поэтому пусть будет Вадик) торжественно достал из портфеля большую толстую книгу и сказал:

– Алла Аркадьевна, я принес энциклопедию про насекомых и еще кое-что.

Папа мне разрешил. Он коллекционер-энтомолог.

– А кто такой эн-то-мо-лог? – спросила Катька Земцова.

– Это значит, что человек насекомых собирает, коллекционирует, – важно ответил Вадик и напыжился.

– Энтомология, – пояснила учительница, – это раздел зоологии, изучающий насекомых. Так что Вадим прав. Но человек может быть не просто коллекционером, но и ученым, который изучает жизнь этих удивительных созданий природы.

Тут Вадик аккуратно извлек из того же портфеля загадочный сверток и стал медленно разворачивать голубенькую ситцевую тряпочку. Ребята сгрудились у парты и с любопытством заглядывали внутрь. Там была деревянная коробочка с прозрачным стеклышком, на черном бархатном фоне которой был пришпилен булавкой…

– Ой, сверчок! – воскликнула Светка.

– Это не сверчок! – строго сказал Вадик и добавил: – Это богомол.

– Кто?! – переспросил Виталька.

– Богомол.