Элли вылупляется

Его мать, его создательница, экспериментировала со своим телом во время беременности: накачивалась малоизвестными опиатами, намеренно заражалась болезнями и оперировала себе живот. Не ограничившись обычной женской способностью к вынашиванию, она решила по-настоящему созидать. Никого иного, как человека, который бы превосходил других. И именно поэтому он не чувствует ни боли, ни эмоций; его тело не восприимчиво к ядам, которые ему с раннего детства добавляли в пищу; на человека он даже внешне не похож – существо странное и страшное.

Всё, что осталось настоящего, – предназначение убивать. Но он – герой, и ему подобает убивать только злодеев.

Любит ли он свою мать? В конце концов, она раскаялась… Ребёнок должен любить родителя, это логично.

– Да, я люблю её, – произнёс странник.

Девушка сразу преобразилась. Она радостно засмеялась и вскочила на ноги. Её лицо озарилось ликованием…

И оно показалось страннику злорадным. Он ясно ощутил: приближается опасность. Все инстинкты твердили ему сражаться.

Но против кого? Здесь была только она, эта милая, невинная девушка. Как можно сражаться с ней?

Девушка взяла его за руку и прижалась к плечу.

– А так? – прошептала она. – Ты чувствуешь?

Странник почувствовал что-то. Он понял: перед ним злодей, причём один из самых страшных. Суккуб, демон похоти и разврата. Она пытается столкнуть его с пути, отобрать предназначение. Ведьма. Манипулятор.

Странник рванулся вперёд.

– Ах ты! – вскричал он. – Змея!

Схватив белый кинжал, он пронзил грудь девушки.

«Яд, – подумал он. – Она не умрёт так просто. Пусть мучается от яда».

Злодейка издала странный звук… Рыдания. Странник понял: даже в агонии она продолжает манипулировать им, притворяясь несчастной. Такова её подлая натура! Все они, злодеи, носят маски. Могут быть сильными и добрыми, милыми и невинными, вполне дружелюбными. Неудивительно, что многие заблуждаются и видят в них людей.

Девушка упала на землю. Сквозь рыдания прорвался стон. Тихий и жалобный.

Вот это уже настоящая боль. Не манипуляция.

Всё в округе замолкло, только она стонала громче и ужасней. В доме рядом отдёрнулась занавеска. Порывы ветра становились сильнее. Стоны превратились в крики… Девушка зажимала рану и орала от боли, которой яд разрывал её сознание.

Для странника во всём мире ничего, кроме её крика, не существовало. Он был рождён, чтобы причинить эту боль. В ней смысл всех его скитаний.

Наконец девушка замолкла. Умерла.