Ария для призрака

Одного из них, красивого мужчину лет тридцати, она не могла не узнать, а вот второго, помладше, видела впервые. Ростом чуть ниже Кожухова, но так же широк в плечах. Скуластое, гладкое лицо, крепкая нижняя челюсть и крупный рот. Свои светлые волосы он стриг очень коротко, а глаза под густыми темными бровями казались черными. Выражение лица молодого человека поражало детской восторженностью, словно ему чрезвычайно нравилось все вокруг, а в темных глазах читался интерес.

– Ты пока погуляй, осмотрись, – обратился к молодому человеку Кожухов.

Парень кивнул и вышел. Таня проводила его в зеркале взглядом и вернулась к работе.

– Все, Томочка, – сказал с улыбкой парикмахер. – Выглядишь обалденно!

Та покрутила хорошенькой головкой, оценивая свое отражение в зеркале.

– Теперь займись Андрюшей, Тимурчик, – сказала она парикмахеру, – а то мы до обеда не начнем!

Кожухов ничего не ответил на это, но состроил такую гримасу в зеркале, что Тимур поперхнулся.

– С другой стороны, – быстро среагировала Тамара, – может, и не стоит гримировать вовсе, и так сойдет – натуральненько так, живенько!

Тимур схватился за щетку и принялся с серьезным видом расчесывать длинные черные волосы Кожухова.

– Кстати, – сказал он как бы между прочим, – босс приказали на этот раз без парика. Попробуем собрать в хвост, так сексуальнее?

– Делай что хочешь, – буркнул Андрей, откидываясь на спинку кресла. – Хуже уже не будет.

– Андрюшенька, зайчик, – примирительно защебетал Тимур, – я с тобой полностью согласен, но – приказ есть приказ! Мы – солдаты, наше дело подчиняться! Сейчас сделаем причесочку, потом – гримчик, и все будет прекрасненько!

Кожухов поморщился от обилия ласкательных суффиксов в речи парикмахера.

– Ну, вот – ни прибавить, ни убавить, – довольно пробормотал Тимур, откладывая щетку. – Теперь – фейс. Таня, за работу, – обратился он к худенькой девушке.

Когда Макс вернулся в грим-уборную, Таня заканчивала накладывать основу для грима. Рядом на столике лежали ужасающего вида ошметки резинистой массы, напоминающие человеческую кожу, бугристую, словно изрытую оспой. Макс тихонько примостился в уголке и принялся наблюдать за тем, как ловкие руки гримерши превращают красивое лицо Андрея в уродливую маску. Когда она закончила, он взглянул в зеркало.

– Класс! – заметил Тимур, приближаясь.