Последний секрет Парацельса

 – Понятия не имею, кто это!

– Мам, это шоу так называется, – снова вмешался Дэн. – Про… это.

– Про что про «это»? Эротика, что ли?

– Ага, – ответил сынуля и покраснел. Господи, благослови его способность краснеть всякий раз, когда мой сын говорит неправду или испытывает стыд! – Она часто ходит в один клуб, владелец которого купил у меня пару картин в прошлом январе, помнишь? Так вот, Полина хочет заказать свой портрет и повесить его в студии – прямо над тем знаменитым диваном, на котором она ведет свое шоу!

И тут до меня дошло, о ком он говорит.

– Ты, сынуля, шутишь, наверное, – заметила я. – Полина Пятницкая – ей же полтинник уже небось!

– Ну и что? – с вызовом спросил Дэн. – Деньги – они, ма, возраста не имеют. А заплатить она, между прочим, хорошо обещает.

– Да я не об этом, – отмахнулась я. – Неужели она все еще ведет это дурацкое шоу? Мне казалось, его давно сняли.

– Сняли, – подтвердил сын. – А теперь снова возобновили – по Первому каналу, представляешь? И там будет моя картина!

Я помнила Пятницкую еще с тех пор, как училась в институте, и уже тогда она была далеко не девочкой.

Да, конечно, в сексапильности ей тогда было не отказать, но так это ведь сколько лет назад!

Дэн углубился в рассуждения о том, что, если Полине понравится портрет, у него могут появиться состоятельные и знаменитые клиенты. Вика радостно поддерживала его амбиции, и я решила не вмешиваться: пусть себе мальчик помечтает, никому от этого хуже не станет. Слава богу, в вуз мы его с бабушкой «поступили».

Станет он известным художником или нет – еще вопрос, а вот высшее образование в области компьютерного дизайна все равно получит.

Оставив детей болтать о блестящем будущем, я ушла в гостиную. Я собиралась позвонить Люде домой и разобраться, почему она не пришла на встречу, хотя сама на ней и настаивала.

К моему удивлению, и в квартире Мамочки к телефону никто не подошел. Неужели она напрочь забыла о нашем уговоре и вместе с семейством куда-то укатила? Это, конечно, вполне возможно.

И все же что-то мешало мне успокоиться и забыть о неприятном событии.

К сожалению, неприятности только начинались. Я успешно отработала на пульмонологии. Вторая операция предстояла на ортопедии, оперировать должен был Олег, и я предвкушала встречу с ним. Несмотря на то, что мы уже практически жили семьей, наши встречи в больнице до сих пор доставляли мне удовольствие. У нас существовали маленькие ритуалы, система особых взглядов, рукопожатий, касаний.