Нарушенная заповедь

Если пойти сейчас с этим фантиком в полицию, ее просто засмеют и сочтут сумасшедшей.

– Кристина Сергеевна, – донесся до нее тихий голос Аси.

Ой, ну прямо как бабка старая – Кристина Сергеевна.

– Меня зовут Кристина. Без Сергеевны. Понятно?

– Извините, – голос Аси стал еще тише. – А знаете, вы меня извините, пожалуйста…

– И на «ты», – перебила ее Кристина, – мы ведь с тобой почти одного возраста.

– Ну, если вы настаиваете…

– Да нет, Ася, я просто прошу, – тон последней фразы был абсолютно далек от просительного.

Это был самый тягучий и муторный день в жизни Кристины. Казалось, ему не будет ни конца, ни края. Она лежала в темноте, прислушиваясь к больничным звукам, доносящимся из-за неплотно прикрытой двери. Мозг, изнывающий от безделья, требовал хоть какой-нибудь деятельности. И так как хозяйка, по-видимому, не собиралась помогать ему, он сам нашел объект для обдумывания. Человек, который отравил конфету. Убийца…

Глава 7

…Убийца. За полтора года в СИЗО и почти пять лет на зоне Тимур так и не привык к этому статусу.

Нет, он, конечно, виноват, спору нет. Он никогда не отказывался. Сельскому участковому сразу заявил, что это он, своими руками, убил Ольгу. Сотрудничал со следствием. Потому и срок ему дали не по максимуму. Тимур даже не стал писать ходатайство об УДО – виноват же. И все-таки…

Громыхая колесами на стыках, поезд летел сквозь ночь. Снежинки ночными бабочками ударялись о стекло. Пролетающие мимо фонари на мгновение отражались в вагонном окне, и в их свете он видел свое лицо – лицо старика с глубокими бороздами морщин и ввалившимися глазами.

Коротко постучав, в дверь заглянула проводница, полная женщина неопределенного возраста с пучком пегих волос на макушке. Свет из коридора ударил по глазам, невольно заставив прищуриться.

– Вы чего в темноте сидите? Не хотите чаю?

Тимур неопределенно мотнул головой. Он давно отвык от таких вот маленьких знаков внимания. В тюрьме никто не предлагал чаю.

– С лимоном? – женщина восприняла его жест как согласие. – Могу еще печенье и вафли предложить.

– Вафли, – кивнул Тимур. – И с лимоном.

– Дверь закрыть? – спросила проводница. Чувствовалось, что ей хочется отгородиться от неприятного пассажира. И пусть закрытая дверь купе – не слишком надежная преграда, но это все-таки лучше, чем ничего.

– Не надо, – коротко ответил Тимур, отметив выражение разочарования, промелькнувшее на лице женщины.