Восход двойного солнца

– Мне импонирует ваша уверенность в своей правоте, господа. Я очень этому рад. Ведь если все обстоит так, как вы говорите, то вам не составит большого труда на деле доказать неправоту моих суждений. Сделайте это, и я немедленно избавлю вас от своего общества. Но сделайте это завтра же!

В комнате повисла напряженная тишина, которую разорвал осевший от волнения голос генерала Пима:

– Простите, сэр, но мы настойчиво рекомендуем начать наступление против русских в обозначенные нами сроки.

– Прекрасно. Я вас понял, генерал, – зло улыбнулся Черчилль, – мы пошли по второму кругу, и мне не хочется терять зря время.

– Поймите, сэр! Наступление в указанные вами сроки невозможно! Это все равно, что наносить удар не кулаком, а растопыренными пальцами! – взмолился Пим, но премьер был неумолим.

– Пока вы будете собирать свой кулак, Рокоссовский сбросит канадцев Макмердо в море, а затем примется за вас! И тогда для отражения его наступления нужно будет два, а то и три кулака! Да, начиная это наступление, мы сильно рискуем, но это наш единственный шанс переломить ход сражения за Саксонию, и я не хочу его терять!

Не в силах продолжать дискуссию с несговорчивым премьером генералы обратили полные мольбы взгляды на Александера, за которым согласно законам британской армии было последнее слово.

Кость от кости военного клана, фельдмаршал не мог остаться безучастным к генеральским призывам. Он заколебался, начал нервно подкашливать, но попав под свинцовый взгляд Черчилля, Александер не смог противостоять ему.

– Господа, сроки запланированного нами наступления против русских переносятся на завтра, 16 июля.

Покрывшись красными пятнами, Александер стоически выдержал ментальный удар шквала откровенно недовольных взглядов своих генералов штабистов. Стремясь положить конец этому тяжелому испытанию, Черчилль важно добавил:

– Кто не согласен с этим решением, может подать рапорта об отставке. Можете не сомневаться, они будут приняты.

Хитрый политикан ловко бил генералов по их самому незащищенному месту – почетной пенсии, и потому рапортов не последовало. Слабые это люди – генералы.

Любое наступление, подготовленное и организованное не до конца, изначально обречено если не на неудачу, то уж точно на большие потери в живой силе и технике. Начатое англичанами 16 июля наступление по настоянию Черчилля не было исключением из правил и имело свои подводные камни.