Восход двойного солнца

Черчилль не удостоил неудачника инсургента даже взгляда, только презрительно пыхнув в его сторону.

– У меня нет хрустального шара, я не могу читать мысли на расстоянии и мне не известны замыслы противника. Я говорю об этом честно и откровенно. Я не знаю, что задумал Сталин, но чувствую серьезную опасность, грозящую нам. Если мы не можем разгадать замысел врага, то его следует разрушить всеми доступными средствами, и чем быстрее, тем лучше.

Не торопясь Черчилль вылез из кресла и подошел к висящей на стене карте.

Не обращая внимания на стоявшего у карты генерала Вэйлинга, он вперил напряженный взгляд во все те точечки и кружочки, что покрывали карту. Все они для него мало что значили. Все внимание Черчилля привлекла линия разграничения английских войск и армии Рокоссовского. Внезапно глаза его хищно блеснули, прищурились и губы скривились в жесткой гримасе.

– Вы говорили, Гарольд, что самое слабое место русского клина это – Нинбург. Так немедленно нанесите удар по этому месту! – Черчилль властно ткнул зажатой сигарой в карту.

 – Нанесите удар завтра! Пусть Бакстон ударит по ним всем, что имеет! Бросьте против русских канадцев, что прикрывают побережье. Пусть наступают Шернер и Венк. Нельзя сидеть сложа руки, надо действовать.

– Извините, господин премьер-министр, но чтобы нанести полноценный удар по войскам Рокоссовского, нам нужно как минимум сутки, а лучше двое, – возразил Черчиллю генерал Пим, но тот не стал его слушать.

– Рокоссовский попросту не даст вам их! Его танки не будут штурмовать Мюнстер! Они достигли своей точки опоры и теперь постараются сбросить наши войска в море в районе Эмдена.

Главная цель наступления русских – порты Северного моря.

– У Рокоссовского нет сил для этого. Все, что имел его фронт, он уже выложил без остатка между Эльбой и Везером, и мне совсем непонятно, за счет чего его ролики докатились до голландской границы. Не удивлюсь, если завтра разведка нам доложит, что это сделали бронетранспортеры с пехотой на борту, – не сдавался Пим.

– Из-за нелетной погоды вы целый день понятия не имеете, что конкретно делает Рокоссовский и какими силами он сейчас располагает. Он очень серьезный противник, способный многое сделать за столь небольшой отрезок времени.

– Нам не в чем упрекнуть нашу воздушную разведку, сэр. За все время конфликта наши летчики достойно выполняли свой долг перед Британией, – подал голос Бредлов, за что был награжден Черчиллем презрительным взглядом.