Блеск и нищета хулиганок

Женя уже достаточно скопила денег, чтобы попробовать уйти от Семена, но делать этого она не собиралась по двум причинам. Во-первых, она знала, что у Семена такие связи, что ее все равно найдут, где бы она ни была. Единственная возможность затеряться – это уехать за границу, подальше отсюда. Но пока этого делать Евгения не хотела, потому что все еще надеялась разыскать свою сестру. А второй причиной являлось то, что Женя задалась целью в конце концов развалить «империю» Семена. А до тех пор ей надо терпеть вот такие внезапные вызовы в загородный дом «дядюшки» и лететь сюда как можно быстрее.

Эти размышления окончательно испортили Жене настроение, и, когда она подъехала к дому Семена и посигналила, от злости уже готова была плеваться ядом. Ворота тут же поехали в сторону, и охранник, заглянув в салон автомобиля, пропустил девушку. Она поставила машину во дворе и прошла в дом. Там царило веселое оживление, доносился дружный хохот, слышалось позвякивание бокалов и столовых приборов.

– Опять пьяная пирушка, – процедила сквозь зубы девушка и распахнула двери гостиной.

Там стоял большой, длинный стол, заставленный всевозможными бутылками и деликатесами.

– О, господа, посмотрите-ка сюда! Кажется, в нашем полку прибыло, – завопил худой и длинный, как жердь, парень, когда увидел Женю.

Все сидящие за столом повернули головы в сторону застывшей в дверях молодой, потрясающе красивой женщины. Мужчины, которые впервые увидели ее, резко вскинули брови, а один даже поперхнулся и закашлялся.

Сидящий рядом с ним парень стукнул его кулаком по спине, а сам, не отрываясь, с восхищением смотрел на Женю. Та высоко держала голову с роскошными волосами цвета бронзы. Гордый взгляд ярко-голубых глаз надменно рассматривал гостей за столом. Глаза слегка прищурены, отчего на щеки легла тень пушистых ресниц. Капризно вздернутая верхняя и припухлая нижняя губки чуть-чуть подрагивали, как будто в еле заметной усмешке. Потрясающая фигура и безупречный костюм завершали образ. Все говорило о том, что эта красавица отлично знает себе цену и при случае не продешевит.

– Проходи, Женечка. Что в дверях застыла? – закричал хозяин пирушки Семен и замахал руками, приглашая Женю присаживаться рядом с ним. – Прошу любить и жаловать, господа, моя племянница, Евгения, – громко и гордо провозгласил он, словно представлял гостям английскую королеву. Все захлопали в ладоши, а Евгения брезгливо скорчила лицо и ехидно улыбнулась.