Развод и вещи пополам

Две трети суммы, оставленные бабушкой, были потрачены, чтобы закупить необходимое оборудование, кстати, очень дорогостоящее, которое было необходимо при занятии такого рода деятельностью. Нужна была машина, тоже для нужд фирмы, и она также была куплена. В связи с тем, что появился транспорт, принадлежащий фирме, в штатное расписание пришлось включить и должность водителя. Правда, два детектива, которые работали на Валерию, умели водить машину, а вот еще два, вернее, две, вообще не знали, с какой стороны находится руль.

Остальные деньги были потрачены, чтобы арендовать хорошее помещение в центре города и вложиться в солидную рекламу. Одним словом, обе бабушки постарались для своей внучки, как могли, и та была им за это безгранично благодарна. То, что девушка жила теперь в отдельной квартире, намного облегчало ее жизнь и давало больше возможности приучаться к самостоятельности, да и вообще быстрее научиться всему на свете. Лера, конечно же, скучала по родителям, она не так часто бывала у них, как хотелось бы. Но зато, когда эти встречи случались, они всегда были такими радостными и теплыми, что этой теплоты ей хватало потом на большой промежуток времени.

Мама Леры очень любит возиться на кухне и проводит там большую часть своего времени. Девушка прошла к ней и, остановившись в дверях, спросила:

– Мам, вы что, гостей ждете?

– Ты, Лерочка, для нас – самый дорогой гость! – занимаясь пирогами и не оборачиваясь к дочери, ответила женщина. – Но ты права – я пеку любимые пироги Ивана Петровича, твоего крестного отца.

Он еще вчера позвонил и сказал, что сегодня вечерком забежит. Ты же знаешь, как он обожает пироги с клюквой, вот я и стараюсь.

– Здорово, что он приедет, – улыбнулась Валерия. – Сто лет его не видела. Как он, кстати? – поинтересовалась она у матери.

– Как, как? Да никак. Жалко мне его, если честно. Сил нет смотреть, как он изменился, – покачала головой Ирина Михайловна. – Как Елена умерла, он прямо какой-то потерянный ходит, хоть и прошло уже три года.

Мне кажется, он даже похудел, – вздохнула женщина.

– По-моему, мамочка, это невозможно. Даже приблизительно не могу себе представить нашего опера похудевшим, – снова улыбнулась Валерия. – А что потерянный ходит, так это понятно. Ты же помнишь, как он тетю Лену любил и что с ним было, когда она умерла.

– Помню, конечно, помню, – снова вздохнула Ирина Михайловна. – Жаль только, что не знаю, чем помочь ему. Вот только пирогами досыта накормить и могу.