На сети

Но глаза ее уже поволоклись дымкой, она все глубже погружалась в мысли, ставшие вдруг тяжелыми и тягучими, словно морок, и уже не узнавала ни дочери с ее потерянным взглядом, ссадиной на лбу и перепачканными щечками, ни непрошенных посетительниц. В памяти женщины этот неудачный день уже медленно угасал.

Такой Кира ее и запомнила.

Едва выйдя из квартиры, девочка заплакала. Женщины наспех пытались хоть немного почистить ее лицо носовым платком, успокаивали, уверяя, что она еще вернется домой, вот только мать образумится…

Кира хотела им верить.

Но с того дня они с мамой так больше никогда и не увиделись.

Если даже смерть матери не смогла вытащить Наташу из зависимости, нелюбимая дочь была не в силах этого сделать и подавно.

Глава 1

Мне бы не хотелось отнимать у вас много времени. Такая уж сейчас жизнь – каждая секунда на счету. Я понимаю.

Поэтому постараюсь быть краткой. Хоть это и тяжело, когда дело касается того, что ты действительно любишь. А я люблю этот период своей жизни.

И пусть уже знаю каждую его часть наизусть, знаю, с чего все началось и к чему привело. Именно благодаря этому отрезку времени я стала той, кем являюсь сейчас.

В любой момент я могу закрыть глаза и снова оказаться там, в самых тяжелых часах, в самых приятных секундах. Я могу переместиться в самое начало, вновь вспомнить и увидеть зарождение этой истории. Это пытка, но я люблю мучить себя, и вскоре ты это поймешь, мой читатель. Это моя машина времени. Да она, в сущности, есть у каждого из нас: собранная из самых дорогих и самых ярких кусочков – наше сокровище и наше проклятье.

Та осень до сих пор стоит перед моими глазами как эталон. Я сравниваю с ней последующие осени уже долгие годы, но она – самая яркая.

Я тогда еще не задумывалась о том, кем являюсь и чего хочу в этой жизни. Как оторвавшийся от дерева лист, одинокий и погибающий, я летела в потоках судьбы, не в силах предсказать, куда она меня вынесет. Воздух был свеж и дурманил разум ароматом яблок, блистали первые лужи в еще частых лучах солнца, шумели золотом березы вдоль дорог.

В один из осенних дней меня отправили в мой новый дом.

– Удачи, Кира, – напоследок обняла меня нянечка из дома временного пребывания. Голос ее был полон тревоги, лица ее я уже не помню, но помню добрые заботливые глаза.

Сжимая в руках маленький рюкзак с вещами, я шла по длинным коридорам за незнакомыми людьми. Ладонь грела серебряная цепочка с крестиком – все, что осталось от бабушки.