По мирам

Женя сделала круг почета по

населенному пункту, увозюкала отмытые было Рокси кроссовки и вернулась к гостинице –

оазису цивилизации. Возле оазиса маячила знакомая морда Вахида. Завидев Женю, он

скривился, как от сильной зубной боли.

Ошарашенная и похолодевшая от ужаса, Женя, тем не менее, гордо прошествовала мимо

него и, едва оказавшись в холле, сломя голову помчалась к себе в номер.

Мрачный Игорь обнаружился в ванной. Брился, мученически поглядывая на собственное

отражение в зеркале.

Запыхавшаяся Женя выпалила с порога:

– Немцы в городе!!!

– Кто? – хладнокровно поинтересовался верзила – опасная бритва не дрогнула в его руке.

– Вахид. Лысого не видела, но кто его знает.

– Могло быть и хуже, – Игорь ополоснул с лица пену.

– Куда уж хуже! – удивилась Женя. – Или ты с ними драться хочешь?

– Вот если бы по наши души Служба пришла, я бы всерьез испугался. А так… тока

штаны подмочил… слегка.

– Не каркай, – мотнула головой Женя.

приходилось. Но, судя по рассказам Игоря, делать этого категорически не стоило. Особенно

если ты Проводник-недоучка…

– Пошли, поедим, чего Бог послал, – предложил Игорь.

– Меня он уже послал… В смысле, я уже завтракала.

– Тебе лишний раз поесть не помешает. Уж поверь мне, как мужик говорю… – Игорь

зачехлил свою опасную бритву с видом воина-самурая, готовящегося к харакири. Женя уже

успела понять, что не все его жесты и слова следует принимать всерьез, поэтому особо не

испугалась.

Меланхолично пережевывая блинчики с кленовым сиропом, Игорь мрачно оглядывал

зал. Посетителей было немного. Женя из солидарности тоже решила попробовать блинчик.

Только протянула руку к блюду Игоря, как тот неожиданно зашипел:

– Трындец мне в крестец!

– Женя вздрогнула и выронила блинчик.

– Что?!

– Служба! Вон у входа парочка – баран да цецарочка!

Женя шевельнула враз похолодевшими лопатками и обернулась.

в зал парочка напоминала небезызвестных агентов ФБР Фокса Малдера и Дану Скалли.

Высокий, чуть сутулый мужчина в темном плаще и женщина в кашемировом пальто и юбке.

– Баба – нюхач, мужик – гончая, – меланхолично пояснил Игорь, из носа у него вновь

тонкой струйкой потекла кровь.

– Их всего двое, – попыталась утешить верзилу Женя. – Мужика я возьму на себя.

– Не надорвись, детка.