Литературные этюды

Он шёл по осенней слякоти в свою холодную квартиру и думал: «Что же будет со всеми нами? Что будет с Россией? Что же будет с Родиной и с нами? Смогу ли я здесь творить? Нет! Нет! Выехать за границу! Любым путем!» Но разрешения на выезд не давали.

Он продолжал хлопотать. Писал Самому, уверяя в лояльности и в том, что обязательно вернётся. И вот – о радостная весть! Их с женой приглашают придти получить загранпаспорта. Это случилось в день, когда солнце напоследок озарило землю – перед тем, как скрыться за периной облаков до весны.

Казалось, вся природа радовалась с ними.

Они приезжают, уже держат паспорта в руках, им подают бланк для подписи о получении… И вдруг оказывается, что возникла какая-то техническая заминка и придётся получение паспортов отложить. Им позвонят…

Солнце всё реже выглядывало из-за туч, и всё меньше оставалось надежды. Им не звонили. То есть звонили, но не те и не о том. И он понял, что выхода, то есть, буквально, выезда ему нет. И вообще нет выхода.

И смерть близка. И он не увековечил свое имя…

Та ночь не принесла ему успокоенья. Он метался в жару и, заснув, все еще был охвачен отчаянием и думал, что готов отдать жизнь и продать душу за то, чтобы успеть стать Мастером…

И тут пред ним вновь предстал Мефистофель – уже не тонкой улыбкой, а в адском грохоте и ослепительном огне костров. Он не задавал вопроса – он знал ответ. И Булгаков исступленно крикнул: «Да!» Огненным мечом дотронулся Мефистофель до левой стороны груди писателя, из сердца выкатилась капля крови и упала на появившийся ниоткуда пергамент.

В руках писателя возникло перо. Он обмакнул его в кровь и поставил подпись…

Булгаков создал гениальный роман. Он стал Мастером. Но счастья это ему не принесло. Дни его были сочтены. Перед его именем открывалась Вечность, а перед его душой – бездна…

Я ДАВНО С ТОБОЮ НЕ БЫЛ

(thriller)

Психиатр шел, подставляя лицо осеннему солнцу и с наслаждением вдыхая запах преющих листьев.

Ему хотелось стереть тягостное впечатление от разговора со следователем, расследовавшем дело о серийном убийце. Речь шла, предположительно, о маньяке. Несколько лет подряд в пору бабьего лета в городском парке обнаруживался труп очередной молодой девушки без видимых следов насилия и с букетом из кленовых листьев в сложенных на груди руках. Украшения оставались нетронутыми, сумочка с деньгами и документами лежала рядом.