В погоне за тенью

Бывало, меня задирал Колян, но это всегда проходило мимо глаз и ушей учителей. Я был на хорошем счету, так что директор, наверное, удивился, когда на меня поступила жалоба.

Директор в кабинете был один. Он поприветствовал меня и предложил сесть за стол перед ним. Я мрачно сел, насупив брови.

Амадей Иванович считался добрым духом «Города Солнца». Школу он и Андрей Романов, ответственный за финансирование, придумали пятнадцать лет назад. И с тех пор Кудинов был бессменным директором, мозгом и сердцем этого учебного заведения.

Он вёл у нас математику, и мне всегда нравились его уроки. Он никогда не кричал и не унижал ученика, даже если тот чего-то не понимал. К нам он всегда относился тепло, в любой ситуации старался войти в положение и подбодрить. В школе его любили, и даже Колян хорошо к нему относился и никогда не хулиганил на его занятиях. Каким-то образом Амадей Иванович сумел его заинтересовать, хотя Богданова вообще мало интересовала учеба. Как учитель он был строг, требуя знаний, но справедлив.

И вот уже много лет Амадей Иванович показывает себя настоящим учителем.

Таким, кто примет своего ученика несмотря ни на что, даже если весь мир ополчится против него. Примет, поймет и не станет его осуждать, а просто протянет руку помощи.

– Дима, что случилось? – мягко спросил он, вглядываясь мне в лицо. – Пока Татьяна Николаевна не пришла, расскажи мне всё, как есть.

У меня были сомнения, действительно можно ли ему сказать всё, как есть. Я не доверял взрослым и даже такому замечательному человеку, как Амадей Иванович: мало ли как он эту информацию использует.

Взрослые чаще всего по-своему интерпретируют слова. Поэтому я немного растерялся и не сумел подумать, что следует сказать директору. Всё произошло слишком неожиданно, поэтому я решил говорить только правду.

– Татьяна Николаевна сказала, что Саше Бессонову обязательно надо прийти на контрольную. А у него вывих, он не может. Вот я его и пытался защитить.

– Помню, что у Саши вывих, – покивал директор. – А что Татьяна Николаевна?

– Ну, она меня выгнала, – продолжил я.

– Мне она сказала, что ты не сделал домашнее задание, нахамил ей и самовольно вышел из класса. А потом вообще не пришел на уроки. Как ты можешь это объяснить?

Я немного опешил от такой наглой лжи. Это я-то домашнее задание не сделал? Да я вечно сижу над английским до поздней ночи и Саню мучаю им постоянно, чтобы он плохие оценки не получал, а то ведь Татьяна Николаевна его ненавидит.

– Неправда, – выпалил я.