В погоне за тенью

 – Да, я потом не пошёл на уроки, потому что сидел с Сашей и помогал ему. Но из класса она меня сама выгнала. И домашние задания я всегда делаю!

– Верю, – коротко сказал директор, откидываясь на спинку кресла. – А ещё она сказала, что ты швырнул в неё тетрадь?

А вот это уже было полное враньё. Действительно, я швырнул тетрадь, но не в Татьяну Николаевну, а на свою же парту, когда выходил, чтобы она потом не придиралась, что я ничего не делаю.

– Так это была тетрадь с домашкой, – заметил я, поднимая брови.

 – Я его не сделал или всё-таки швырнул?

Амадей Иванович задумался и даже потёр крупный нос, на котором расположились большие круглые очки. В них он немного напоминал сову, и казалось, что сейчас заухает.

– Татьяна Николаевна хороший человек, – наконец сказал он. – Просто невоздержанная на язык. Она, наверное, уже несколько раз пожалела, что так себя повела.

Я только фыркнул. Конечно, все сволочи на самом деле в душе милые ангелочки, раскаивающиеся во всех своих плохих поступках.

Мне что, пять лет, чтобы мне рассказывать такие сказки? Ни разу я ещё не видел на лице Татьяны Николаевны ни следа муки совести. И, надо заметить, мой отец тоже всегда считал себя правым и непогрешимым.

– Ладно, подождём вторую сторону. Дима, – директор даже смутился. – Я тебя немного поругаю при ней, но ты не обращай внимания.

Англичанка явилась сразу же, как только директор произнёс эту фразу. Увидев меня, она тут же скривилась, будто увидела что-то дурно пахнущее и вообще очень неприятное.

Я не понимал, зачем вообще такие люди работают в школе, если дети вызывают у них такое отвращение. Я вот, например, людей не люблю, так я и работать с ними никогда не буду.

– А, вот ты где, – только и сказала Татьяна Николаевна, усаживаясь напротив.

– Татьяна Николаевна, а мы с Димой уже обсудили его поведение. Он полностью раскаивается и признаёт свою вину.

Англичанка поначалу не поверила и с сомнением посмотрела на меня.

Пришлось принять правила этой игры, чтобы не подставлять директора, и сделать скорбное лицо, будто я не считаю её тупой и истеричной. Может, она и гуру английского языка, но как человек она просто ужасна.

– Дима, как ты считаешь, правильно ли ты поступил, когда швырнул тетрадь в своего учителя? – начала англичанка, с торжеством глядя на меня.

– Я ничего не швырял, – лишь буркнул я. – Я просто оставил свою тетрадь с домашкой и ушёл.