Встретимся у Амура, или Поцелуй судьбы

– Да все у меня в порядке. Ладно, скажу: нравится один. Только он на три года старше.

– Это хорошо, что старше. Так и надо. А ты ему?

– Не знаю. Иногда вроде нравлюсь, а иногда… Все каникулы прошли, а всего два раза виделись. Он друг Никиты, вместе лицей оканчивают, куда я буду поступать. Его Вадимом зовут.

– А фамилия?

– Не знаю.

– Не знаешь? Нравится, а фамилию не знаешь? А вдруг он какой-нибудь нерусский?

– Ба, а я кто? А ты? Какая разница: русский, нерусский? Помнишь, как в мультике про поросенка: главное не кто ты, а какой ты.

– Ну, все-таки… Ты в России живешь – лучше, чтобы русский.

– Да у меня с ним ничего нет! Просто нравится – и все. Один раз показалось, что он ко мне тоже что-то испытывает, – когда он меня в клуб пригласил перед каникулами. А потом – ничего.

– Тогда он глупый. Такая девочка! Если старше на три года, значит, ему восемнадцать уже. Уже женщина нужна – на что ему девочка? Забудь его – другого найди.

– Ба, как ты можешь! Неправда, никого у него нет.

Он в институт готовится, занимается много. И потом – как это: «найди другого»? Если один человек нравится, то никто другой уже не нужен. Это ведь от меня не зависит.

– Молодая ты еще, глупая. Ладно, давай баиньки. Завтра побольше о нем расскажи. Так, значит, ты еще с ним не целовалась? Правду скажи.

– Ба, да ты что? Конечно, нет! Я же тебе сказала: ничего нет. Нравится – и все. И вообще, мне в лицей надо готовиться. Вот поступлю, тогда буду влюбляться.

– Бедняжка! Даже любить ей некогда.

Самое лучшее – и все потом, потом. Ну, спи, голубка моя. Дай, я тебя в щечку поцелую.

Глава 10. Чужая беда

Первый школьный день после каникул прошел под знаком любви и дружбы. Перед лицом скорой разлуки, и возможно навсегда, девятиклассники погрустнели и сделались подчеркнуто внимательными друг к другу. Слухи о том, что Снегирева с Белоконевой намылились в лицей при Политехе, все-таки просочились, но особенного ажиотажа не вызвали, поскольку добрая половина девятиклассников тоже навострила лыжи – кто куда.

Только завучиха, встречая Настю в коридоре, грустно качала головой да математичка Светлана недвусмысленно дала подругам понять, что категорически не согласна с их предательством. Просто взяла и вкатала Насте подряд две четверки – ни за что. А Наталье вообще влепила трояк за пустяковую ошибку. Но подружки даже не стали выяснять с ней отношения: ясно же, что Светлана так поступила с горя.