10 дней в уездном городе Че. история, которая вполне могла бы произойти

Сковырнул с них что-то к себе в платок, завязал узлом, спрятал в карман.

Озадачился и начал кружить по насыпи, вглядываясь под ноги, точно потерял что. Спустился вниз к дороге, вернулся. Побежал в другую сторону, через пути в направлении Шугаевского посёлка.

– Помощник-то у тебя, суетливый какой, – заметил Гордей.

– Университетского образования, – гордо намекнул Новоселецкий, – По протекции самого господина Столыпина! Это вам не хухры-мухры! Пущай смотрит.

Василий тем временем вновь вернулся на место происшествия.

Снял с себя одну галошу, сковырнул с неё кусок налипшей грязи и тоже завязал в платок. Опять склонился над трупом и начал въедливо разглядывать его руки; даже вынул лупу из внутреннего кармана жилетки.

И вдруг обнаружил, что пальцы на правой руке плотно зажаты. Аладьин принялся настойчиво разжимать закостенелые члены и, наконец, выцарапал из ладони мертвеца… камушек, неровный жёлто-бурого цвета, размером с копеечную монету.

Василий приложил камушек к насыпи, пытаясь понять, мог ли умирающий перед смертью просто загрести в ладонь камни, коими посыпаны шпалы.

В эту минуту позади раздался женский отчаянный вскрик:

– Семё-о-о-н!! Сенечка-а-а…

И женщина, буквально оттолкнув Василия, бросилась в слезах на труп.

– Ну, вот вам, пожалуйста, и опознание, – констатировал урядник, – Покойник из Шугаевки, Дюрягин Семён.

– А чем он занимался? – спросил Аладьин, подходя ближе и машинально пряча камешек, извлечённый из ладони мертвеца, к себе в карман жилетки.

– Да ничем; где какую работёнку найдёт, на то и соглашался, – ответил Миней Диевич

Василий обратился к Волосову:

– Гордей Зиновьевич, а почему Вы решили, что Дюрягин сам бросился под поезд? Может, его убили?

– Не, – решительно возразил тот, – Ежели б убили, то непременно ограбили бы. А обходчик его нашёл одетым. Видите, даже сапоги на нём.

– Да, сапоги у него примечательные…, – пробубнил тихо Василий.

– И упал он не под паровоз, иначе бы от него одно месиво осталось, – продолжал Волосов, – А, скорее под состав, где-то под последние вагоны.

Полагаю, пьяный шёл домой из Никольского посёлка. Пережидал состав, да и свалился под колёса. Уж, поверьте, господин Аладьин, я за свою службу их тут насмотрелся вдосталь, кого поезд переехал. Расскажу всё, как было; к гадалке не ходи!

– Знаете, а вином от него совсем не пахнет, – возразил Аладьин.

– Правильно.