Бегство

Ну, и что ты будешь лечиться долго. Очень долго.  Годы.

Муж, наконец, закончил свое вещание, обтер рот шикарным батистовым платком с монограммой, заодно высморкался, рассмотрел результат, сложил платок и вытер им лоб. Катарина удержала очередное "Бэээ", сделала четыре коротких вдоха и задержала дыхание. Потом выдохнула, опустила ноги, хмыкнула.

– Ну, поздравляю с достойным выбором способа меня уконтропупить.  Только xpeн тебе. Я тебя переживу, можешь не сомневаться. А теперь пшел вон, у меня через десять минут минеральная ванна.

А я ноги не брила сегодня. И ещё одно место.

Задумчиво проводив гостя взглядом, Катарина зло сдернула халат и пошла в ванную. Процедура и впрямь была назначена на двенадцать.

– Привет, соседка. Давай я сестричке тысчонку подкину, чтобы она нас с тобой в одну ванну загрузила. Ванны здесь большие, заплыв может быть приятным.

Катарина вдруг застыдилась своей полноватой груди, предательски выпирающей из спортивного купальника, потому что Денис смотрел прицельно и очень заинтересовано.

Кого-то он ей напоминал. Мужик-то явно далеко за сороковник, а в глазах что-то такое, из давно забытого – юный блеск, восторженное выражение. Был когда-то мальчик у неё с таким взглядом.   Только вот вспоминать это больно. Да и не возвратить. Она мотнула головой, как будто прогоняя назойливую муху, прошла мимо в свою кабинку, плотно прикрыла дверь. Крупная, похожая на кобылу с гнедым хвостом медсестра странно гыкнула, открыла краны и вода, весело пузырясь, начала наполнять ванну, воздух стал лёгким и ароматным.

– Сегодня у нас вербена. Купальник снимите, Катарина, тело должно ощущать массаж пузырьков.

Катарина подумала, потом стянула купальник, быстро залезла в ванну и закрыла глаза. Удовольствие, действительно, было полным – мягкое прикосновение слегка бурлящей тёплой воды, запах вербены, тихий, ласковый свет.

– Ну что? Законопатил он тебя? Мой тоже доставал – не пей, не кури, с садовником не траxaйcя. Дебил. Я тоже здесь лежала, кстати.

Они меня токами лечили, идиоты. А потом я свалила.

Катарина открыла глаза, вздрогнула всем телом, хотела было заорать, но удержалась. На краю ванны, опустив худые ступни в воду, сидела та самая рыжая. Стриженая голова казалась фарфоровой, огромные глаза просвечивали насквозь.

– Да ладно, не бзди. Не хочешь, не надо, варись в собственном соку. Пошла я.

Девица растворилась, как будто растаяла в поднимающемся из ванны парном тумане

Глава 5.