Заколдованное Божоле

Амандина Де Ренар клялась, что видела, как Ксения разговаривает с камнями и слушает траву, ходит на кладбище и выполняет какие-то ритуалы. Её называли охотницей за мужчинами и ведьмой. Немногочисленные деревенские донжуаны были заинтересованы в знакомстве с ней, но опасались гнева полупарализованного Себастьяна. Их скорый переезд в Париж, сопровождаемый заключением их соседа Лиона в сумасшедший дом, оставил за собой хвост из сплетен, намёков и небылиц.

Глава 3. Алан

Алан Гризар, старший сын владельцев виллы Жаннины и Эрве – высокий худощавый мужчина сорока пяти лет, поднялся по лестнице, ведущей к террасе на уровне второго этажа, которую он помогал пристраивать отцу, присел и стал гладить пса Сами – абрикосового кокер-спаниеля.

Ксения обернулась и, встретившись с его прямым взглядом, неожиданно для себя, глаз не отвела. Они улыбались друг другу как соучастники будущей истории, как сообщники, так нежно и радостно, не задумываясь ни на миг о том, что на них могут смотреть другие любопытные глаза.

На протяжении ужина она старалась общаться со всеми, но улыбка и радостные глаза светили ему в большей степени, чем остальным. Алан иногда надевал солнечные очки, и, обращаясь к своему отцу, смотрел на неё, ловя каждый её взрыв смеха и выражение глаз. Пёс, под всеобщие возгласы умиления, выпрашивал то кусочек мяса, то сыр, то десерт. После ужина хозяйка давала Сами вылизать несколько тарелок. Эрве шутил, что они уже не пользуются посудомоечной машиной.

Первый раз он встретил Ксению у своей матери года два назад, мельком, в тёмной прихожей, и как-то бесповоротно осознал, что она была создана для него. Алан был женат, но в последнее время с женой настолько ухудшились отношения, что он мечтал о разводе. Этот зелёный взгляд, иногда грустный, иногда удивлённо-детский, неровный и непослушный смех, её светло-рыжие волосы, всё входило в незаполненные клетки его души и наполняло их чем-то новым и будоражащим.

Потом он видел её изредка, прогуливающуюся по горам или среди виноградников, собирающую лесную ежевику, на ирландской вечеринке, то в гостях, но никогда не говорил с ней, но много слышал. О суровом эгоистичном муже, о безденежье, её милом акценте – никто ничего не знал о её родной стране – бывшей советской республике, кажется, о голосе с непривычными уху вибрациями, странным образом влиявшем на мужчин.