Клятва золотого дракона

И, может, когда-нибудь наш добрый король откроет для новых машин старый Беговой тоннель? Тогда мы сможем добраться до наших потерянных городов… Ты понимаешь, Илидор, дорогой, мы ведь хотим иметь возможность почтить память павших! Мой прадед сгинул в боях за А-Рао, и я… если бы я могла хотя бы дотронуться до камней, которые помнят его последние вздохи!

Илидор снова резко отвернулся к окну, оперся ладонями на прохладные стены вокруг зеленоватого стекла. Крылья драконьего плаща теперь не прилегали к его телу, а, напротив, чуть оттопыривались и слегка подрагивали.

Казалось, будто под ними сгущается темнота.

– Я знаю, ты ненавидишь машины, – повторила Нелла извиняющимся тоном. Глаза ее блестели. – Наверное, все драконы ненавидят их. Это полностью понятно, правда, но ведь эта машина – просто транспорт!

– Да, просто транспорт. Скорее всего, это означает, что я не смогу летать, если она будет рядом.

– О, дорогой!

Илидор молчал. Нелла хотела подойти и погладить его по плечу, но не осмелилась: тронь его сейчас – и он взорвётся, как паровой котел от слишком сильного давления.

– Да, наверное, для дракона подобное немыслимо, – смущенно пробормотала гномка и опустила взгляд. – Наверное, ни один дракон не пошел бы на такую сделку.

– Драконы разные, Нелла, – неожиданно, непривычно острым голосом возразил Илидор. Снова отошел от окна, на сей раз подальше, уселся за стол – или, скорее, дошел до стола и рухнул на лавку так, словно из ног выдернули кости. – И на какие только сделки они не идут.

Отсюда легко думать, будто в Донкернасе живёт эдакое многоглавое существо и называется драконом, да? Будто у него один взгляд на мир, одно желание, одна судьба! Так же легко, находясь в Донкернасе, думать, будто Гимбл – это муравейник с единым разумом на всех гномов. Разумеется, это не так!

Нелла съежилась. Она впервые слышала, чтобы Илидор говорил таким тоном, она впервые видела Илидора, который не улыбается, не напевает, не сияет глазами, не предлагает помощи во всяких повседневных делах.

Всё, за что он брался, было ему непривычно, и поначалу он смешил и умилял своей неловкостью, но очень быстро учился всему, до чего только мог дотянуться. С ним было так легко и весело, и всё время хотелось что-нибудь делать, он наполнял сам воздух кипучей звонкой энергией, и все вокруг рядом с ним тоже неудержимо желали улыбаться, напевать и радостно впитывать в себя окружающий мир.

Но Нелла не знала, как вести себя с сегодняшним Илидором, взъерошенным и нервным.