Лось в облаке

– Пичугу одну высматривал. Она поет хорошо. Я люблю слушать, как птицы поют.

Вадим встрепенулся:

– У меня дома тоже птичка есть – зеленушка. Она в клетке сидит и очень красиво поет. Мне ее папа купил.

На этот раз Саня его не одобрил.

– Нет, – покачал он головой, – птицу в клетке держать нельзя.

– Почему? – удивился Вадим. – Многие держат.

– Глупые, потому и держат, – убежденно сказал Саня. – Лесной певец в лесу должен петь. Птицы ведь тоже по-разному поют. На воле она жизни своей маленькой радуется, солнцу красному.

– Нет, плохо, – пролепетал Вадим, чувствуя себя преступником.

– Ты подумай, к примеру, – продолжал Саня, – сможет тебе папа купить закат солнца? Или вон, смотри, – рыба плещется, словно в серебре. Не сможет. Вот так и это. Природы руками не ухватить. Ты понимаешь, о чем я?

– Понимаю, – усиленно закивал Вадим. – Я как приеду домой, сразу птицу выпущу.

– Правильно, отвези подальше в лес и выпусти. Пусть себе радуется.

– Вади-им, – донесся издалека голос бабушки, – ты где?

– Я на берегу, ба!

– Сиди тут, я сбегаю – скажу, что ты со мной, – вскочил Саня. – Надо подождать, пока твоя одежда высохнет. Не стоит им говорить, что ты тонул, напугаем только.

Бабушка Дуся, – позвал он, появляясь в поле зрения Евдокии Федоровны, – мы с Вадимом здесь, на берегу, загораем.

– Саня, ты, что ль? Вот славно! Ты уж за ним присмотри, золотко, а то, может, уговоришь его прийти поесть.

– Не, баб Дусь, я не приду. Спасибо. Но за него возьмусь. Вы не беспокойтесь.

Саня вернулся к Вадиму и сказал:

– Бабушка говорит, ты плохо ешь?

– А что? – сразу насупился Вадим.

– Как это «что»? Я тебя завтра с собой на рыбалку хочу взять, а перед рыбалкой надо весь день хорошо есть, а то начнешь животом урчать и всю рыбу распугаешь.

– На рыбалку?! – глаза у Вадима засияли предчувствием невероятного счастья. – Ты, правда, меня возьмешь? – Он вдруг забеспокоился: – А я рыбу ловить не умею.

– Это дело нехитрое, научу. Сейчас иди пообедай, а потом пойдем червей копать.

Вадим живо оделся. Рубашка и брюки были еще влажными, но выглядели сухими. Саня сказал:

– Ты часика через два подходи к нашему дому. Видишь, вон тот, с белым забором.