Чёрный центурион

Зашла, замерла на пороге и заговорила, очень приятным и мелодичным, так не вяжущимся с ее внешностью, голосом:

– Норон, в этот раз все плохо, – покачав головой, она доковыляла до стола, облокотилась на него и продолжила: – Я ходила на упокоище. Только что. Костяки бродят там всюду, рыщут, как волки голодные. Днем рыщут. – Обратил внимание, что Гордей при этих словах немного побледнел. – Это значит, пробуждается лич. – Ее слова, как камни, падали в полной тишине.

«Твою за ногу, да в бога душу мать!» – тут же подумалось мне, какой лич в начальной локе?!! Лич в начальной локации!!! В голове не укладывается.

Да и как же обещание НИП интерфейса, что тут нет агров? Но через секунду сообразил, а не было тут агров, пока я не появился, и не было. Видимо, программа посчитала, что раз есть игрок, то надо запускать эвенты, квесты и прочее. Вот и запустила на мою голову!

– Уходить надо! – поднявшись из-за стола, проговорил староста. – Уходить отсель и детей уводить.

– Куда ты пойдешь, с ногой твоей? Тебя любой костяк догонит.

А они явно ищут, кого бы в жертву принести и лича из упокоища вызволить! В доме шансов отбиться больше, – осадила его ведьма.

– Это пока больше… – возразил ей староста. – А войдет в силу лич, ему эти стены не помеха. Уходить надо, останемся, так сами помрем и детей погубим.

Сижу, молчу, слушаю. А сам думаю, как бы понезаметнее отсюда сбежать, да еще повод такой придумать, чтобы для ВИ правдоподобным показался. Но как назло, кроме как свалить отсюда по-английски, никаких иных мыслей не возникало.

А так мне поступать нельзя, брошу детей здесь, и что «подумает» обо мне ВИ? Точно ничего лестного о моей личности в этих мыслях не будет.

– Не уйдем… Уже этой ночью вылезет тварь эта, и все… Он живых далече чует, не успеем мы с твоей ногой да детками малыми уйти. Тем более внучка твоя слаба после болезни и не ходит еще, – сплюнув прямо на чистый пол, сказала старуха. – Быстро он в силу входит, нежить проклятый. Я могу его упокоить. Знаю слова и ритуалы нужные.

 – Микла попыталась гордо выпрямить спину, но у нее это не получилось, и, тяжело вздохнув, она продолжила: – Но я должна видеть упокоище, и мне никто не должен мешать во время ритуала. А там костяков видимо-невидимо, почуять меня и остановить попытаются. А два дела, ритуал вести и отбиваться от них, это я не потяну, чай не молодая…

– Так пошли! – Гордей уверенно двинулся к прислоненному у камина луку. – Раз до ночи время есть, то успеем. Я тебя прикрою.