Дом у дороги. Цикл рассказов

Речь теперь о страхах, что ты посеял в его душе.

– Я не хотел бросаться именно под этот поезд… – пытался оправдаться Ванька.

– Этот или другой, не важно, – всё так же глядя на тех троих продолжал Проводник, – Ты думаешь, что для них, – он махнул головой в сторону машиниста и помощника, – самоубийцы или пьяницы, уснувшие на путях и раздавленные поездом, обычное дело? Ошибаешься, дружок. Каждый такой случай оставляет неизгладимый отпечаток в памяти и шрам на сердце. Каждый из них будет помнить об этом всю жизнь и думать о том, что можно было что-то исправить.

И это ты сделал их невольными убийцами. Ответь мне, что сделали тебе эти люди?!!! – вдруг резко крикнул Проводник и они снова очутились в доме.

Ванька стоял посреди комнаты и ошарашенно смотрел на Проводника. А тот уже подходил к третьей двери, бормоча себе под нос:

– Что же у нас дальше?

– Не надо! – крикнул Ванька.

Но Проводник уже открыл третью дверь и, повернувшись к Ваньке, спокойно сказал:

– Нет, дружок. Ты пройдешь этот путь до конца.

С этими словами Проводник схватил Ваньку и с неимоверной силой зашвырнул того в дверной проем.

Ванька стоял на освещенном солнце шоссе и смотрел на мчащийся в его сторону автомобиль. Он видел лицо испуганного шофера и слышал визг тормозов. И опять темнота. И Ванька стоит в своей комнате и видит себя, лежащим на кровати.

– Да, да, – услышал он голос Проводника где-то сбоку.

Тот сидел на стуле в другом конце комнаты и пристально смотрел на Ваньку.

– Теперь ты парализован.

Таким ты останешься на всю жизнь. Какой подарок матери! Сынок инвалид! – глядя на Ваньку, горько усмехнулся Проводник, – Видишь ли, Ваня, не всегда самоубийства заканчиваются так легко, как тебе хотелось бы. Как ты там говорил? Не хочешь матери сына скотника или тракториста? А сына инвалида, на всю жизнь прикованного к постели, хочешь? Мало ей тяжкого труда, так и еще и ты теперь. Корми тебя из ложечки, мой, дерьмо из-под тебя убирай. Как тебе такое?

– Я не этого хотел, – у Ваньки слёзы потекли из глаз.

– Интересно… – поднявшись со стула и приблизившись к нему вплотную, задумчиво произнес Проводник, – Кого ты жалеешь сейчас? Маму? Или снова себя?

Некоторое время он продолжал смотреть в глаза Ваньки, словно пытаясь проникнуть в его мысли, а затем произнес:

– Ты не умер в этот раз. Но смерть произошла.

И тут же стена на спиной проводника исчезла и, Ванька увидел себя, стоящего на шоссе и, автомобиль, пытающийся затормозить.