Дашка

– Мне утаивать нечего, какой в этом смысл? Должник – мой нерадивый старший братец, а почему те громилы привязались ко мне, могу лишь догадываться. Скорее всего, перевел стрелки, к сожалению, так уже было и не раз.

От обиды на глаза навернулись слезы, быстро смахнула их и допила чай. Черепу в глаза старалась не смотреть – наверняка там плескалась брезгливость и отвращение. Да я и сама себя ненавидела за постоянную слабость, которой Юрка стабильно пользовался. Раньше хотя бы сумма была мизерной, а на этот раз он подставился слишком крупно.

Я мысленно радовалась, что мама отписала квартиру мне, иначе братец уже давным-давно пустил бы нас по миру. Помню, как он истерил, узнав, что нет для него никакого наследства. Наверняка уже потирал ручки и искал покупателей на свою часть недвижимости.

– Понятно, классика жанра.

Черепа, похоже, мое признание не удивило, я рискнула поднять на него взгляд. Он, чуть сощурившись, наблюдал за мной, отчего мне стало неловко.

– Ты же понимаешь, что сама его поощрила и дальше творить херню? – мужчина закатил глаза и подошел к столу, уселся.

– Понимаю! – крикнула в сердцах, Череп наступил прямо на больную мозоль. – Но он же мой брат, у нас теперь никого нет кроме друг друга, я обязана…

– Что ты обязана? – он перебил меня. – Расплачиваться за него? Отрабатывать? Трястись каждый раз, переживая, где бы достать денег, и не придут ли сегодня за тобой? А если их не будет… – мужчина умолк на секунду, шумно вдохнул, но все же продолжил мысль: – Заставят отрабатывать долг телом, да как угодно, лишь бы забрать свое, этого ты хочешь?

А что я могла ответить? Нет, конечно же.

Поэтому третий день подряд озиралась по сторонам, будто параноик, и устраивала каждую ночь после работы вечерний кросс. На этот раз Юрка перешел все границы дозволенного, нет у меня таких денег, даже за две свои жизни, если работать по двадцать четыре часа в сутки, не заработаю!

– Ну, что ты от меня хочешь? – стукнула от безысходности кулаком по столу.

 – Родственников не выбирают, – развела руками и стерла очередную скатившуюся слезу со щеки. – Я бы и рада что-то изменить, но как, подскажи? Как сделать так, чтобы те бандиты отстали от меня и снова переключились на Юрку?

Наверное, я возложила большие надежды на Черепа, поэтому его ответ ранил до глубины души:

– Никак.

Одно слово, и вся надежда рухнула, как карточный домик.