Фантомы прошлого

Там все еще оставалась девушка. И тот урод, который разорвал на ней одежду. Конечно, с прокушенной рукой он не мог особо навредить ей, но что-то не позволяло ни мне, ни зверю оставить ее. И я реально не понимал, что именно. Мужик так и лежал на земле, громко воя от боли. Была бы моя воля, оторвал бы к чертям собачьим руки.

Подойдя, перекинулся и склонился над шакалом. Схватив его за ворот рубашки, потянул на себя и встряхнул.

– Лучше тебе убраться с глаз долой. Иначе я за себя не ручаюсь! – прорычал ему в лицо.

Запах страха мужика подстегивал моего зверя к охоте. Он сетовал на то, что я не позволил ему расквитаться с шакалом. Но, вспоминая о девушке, затихал. Мужик еле поднялся на ноги и, шатаясь, стал удаляться. Пока он уходил, я не сводил с него пристального взгляда. Мало ли. Но шакал знал, что бороться со мной бесполезно. Я прихлопну его, как муху. Да все они не были для меня особой угрозой. Шакалы хоть и похожи на волков, но значительно меньше и не так сильны, как многие другие расы оборотней.

По сути, они одиночки, но эти, насколько мне было известно, жили маленькой стаей. Около десяти оборотней. Почти никогда не нападали. Разве что на беззащитных. Подумав об этом, стразу подошел к пуме. Она лежала на холодной земле, поджав под себя ноги, и дрожала. Мое сердце замерло от открывшейся картины. Руки похолодели. Нестерпимо захотелось заключить малышку в свои теплые объятия. Согреть и укрыть от проблем. Девушка громко всхлипнула. Мне показалось, что из легких в этот момент вышибли весь воздух. Волк во мне скулил. Он метался, желая поскорее забрать отсюда пуму.

А я просто не мог понять, что такого нашел зверь в девушке. Она не моя пара. Запах, который источало ее тело, манил. Искушал. Не отталкивал. Но не более того.

Опустившись рядом на корточки, подхватил хрупкое девичье тело. Наверно с минуту она никак не реагировала. Притихла. Даже не дышала. Встав, я сделал шаг.

– Пусти! – внезапно заорала пума. – Пусти, сейчас же! Ненавижу! Мерзкая тварь! – истерично кричала и колотила меня кулачками по груди.

Тяжело вздохнув, лишь покрепче прижал к себе девушку. Она извивалась в моих руках, словно змейка. Все время шипела и выкрикивала проклятия.

– Ты еще пожалеешь! Клянусь! Если ты немедленно не поставишь меня…

– Да заткнись ты! – гаркнул на нее, перебивая поток истерики.

Она так орала, что мои барабанные перепонки не выдерживали ультразвук. Хвала луне, малышка притихла.