Миллион с Канатной

– Ну, вам сюда, а мне наверх, – старик, семеня, отступил несколько шагов назад, – дальше вы и без меня справитесь.

– Стоять! – Первый вытянул руку с наганом. – Стоять, кому сказал! Никуда ты отсюда не уйдешь, пока не найдем то, за чем пришли! Ишь, какой ушлый выискался!

– Мы так не договаривались! – В голосе старика вдруг зазвучали истерические нотки, он явно запаниковал.

Второй мужчина быстро зажег керосиновую лампу. В широком гроте разлился яркий как для подземелья свет.

То, что они увидели, навсегда осталось в памяти участников этой сцены.

К стене был прибит деревянный крест – огромный, от пола до потолка, выкрашенный ярко-красной краской, насыщенность которой так бросалась в глаза, что казалось, будто крест сочится живой кровью. Но не это было самым страшным.

Самым страшным был распятый на кресте полуистлевший человеческий труп, руки которого были прибиты к нему огромными гвоздями.

Темные остатки человеческой плоти кое-где уже сползли с белеющих костей скелета, отчетливо видневшихся на кресте.

Судя по состоянию, труп висел здесь довольно давно. И уже было невозможно определить, мужчина это или женщина, кто это, какая одежда была на нем…

Дико закричав, старик как подкошенный рухнул на колени, закрыл руками лицо. Двое мужчин, остолбенев, с ужасом рассматривали страшную находку.

– Матерь Божья… – Второй перекрестился. Первый с явным неодобрением взглянул на него.

– Где? – подойдя к старику, он резко схватил его за плечи и рывком поднял на ноги. – Где это? Показывай место!

– Я не знаю! – Старик отчаянно пытался вырваться из его рук.

 – Это проклятие! Оно здесь! Выпустите меня отсюда! Неужели вы не понимаете – это проклятие! Никто не сможет спастись! Никто! Мы все обречены!

– Где? Отвечай! Или я размозжу тебе башку! – завопил первый, яростно потрясая наганом.

– Я не знаю! Я вас обманул! Выпустите меня отсюда! – Изо рта старика вдруг пошла пена, и, выскользнув из державших его рук, он забился на полу в конвульсиях.

– Я понял: он соврал ради денег, – второй быстро подошел к первому, – я подозревал это с самого начала.

Он только вход в катакомбы знал, и больше ничего. Оставь его. Лучше пойдем отсюда.

Первый с диким выражением лица обернулся к своему собеседнику. Его глаза были совершенно безумными.

– Мы придумаем другой план, когда вернемся в город, – второй все пытался его уговорить, – мы найдем людей, которые видели карту. Попробуем что-то придумать. А сейчас надо уходить.

Но первый не слышал.