Искупление рода Лестер

Её усадили в кресло в гостиной, и она уже начала ощущать впившиеся в руку осколки. Дженнифер посмотрела на родителей, которые стояли немного в стороне и молча наблюдали за ней, посмотрела на сестру, сидящую на подлокотнике её кресла, и строго сказала:

–Если ваша тайна как-то связана с писклявой девицей, визжащей в моей голове, то приступайте к рассказу. И начать предлагаю с того, как эту дрянь оттуда вышвырнуть.

Глава 2

– То есть девица с противным голосом – не что иное, как древнее божество из другого мира по имени Миранда, которому подвластно…что там?

– Жизнь и смерть…

–Да, понятно, чёрное и белое…– отмахнулась Джен.

Она расхаживала по гостиной, стараясь не смотреть на отца с матерью, которые не проронили ни слова, пока Эбигейл посвящала её в эту сказку.  – Из того самого мира, откуда в своё время пришли наши предшественники, положившие начало нашему «Обществу анонимных чародеев». Эбигейл, ты хоть сама веришь в то, что говоришь? Это же за гранью реальности!

– Для чародейки ты слишком скептически настроена.

А как ты сама объяснишь то, что с тобой случилось?

– Легко! Какой-то малолетней дурочке из нашей общины стало скучно, и она влезла мне в голову. – Джен пожала плечами. – Есть же ещё чародеи-бездельники, вроде меня.  Я и сама раз или два подумывала проделать подобное.

Боковым зрением она заметила, как мать прикрыла глаза, как бы говоря: «О, Господи!», а отец покосился на неё и прошипел: «Это точно мои дети?»

–Да, чёрт возьми, мы твои дети, и не думай, что мы сами не страдаем от этого!

Глаза отца метали молнии.

Он в два шага пересёк расстояние между ними. Эбигейл пыталась вклиниться между ними, но младшая сестра выставила перед ней руку, не позволяя сделать это. Из них двоих именно Джен всегда давала отпор родителям, поэтому то, что она услышала ранее от сестры, так изумило её. Однако сейчас её очередь.

Бенджамин Лестер замахнулся на неё своей массивной рукой, напоминающую волосатую дубинку, но Джен увернулась и толкнула отца в грудь.

–Ты смеешь поднимать на меня руку, девчонка? – Взревел он.

–Похоже, отсутствие морали – это у нас семейное, – сказала она сквозь зубы. – Если ты ещё раз посмеешь ударить кого-нибудь из нас – пеняй на себя. Ты ударил старшую дочь, и пытался ударить меня, а ты, – она ткнула пальцем в сторону матери, которая стояла у стены с непроницаемой маской безразличия на лице, – ни разу не помешала ему. Вы никогда не были родителями. Вы были инкубатором и биологическим материалом.