Икари

Икари только сейчас увидела, что на веках совы есть перья только на самых кончиках, как ресницы, а сами веки сиреневатого оттенка и кажутся перламутровыми.

– Когда-нибудь обязательно попробую сделать такой невероятный макияж! – пообещала себе девушка и, хорошенечко подышав, прочла про себя с экрана монитора текст еще раз, сказала помедленнее:

– Фуруру обасан.

– Фу-у-ф, – скептически ответила сова. Икари поняла, что сказала неправильно.

Взяв блокнотик, она написала «fukurou obasan» и по-русски, печатными буквами «фукуроу оба-сан».

Прочла про себя пару раз, глянула на сову, почувствовала себя полной идиоткой, но произнесла тщательно выговаривая все буковки:

– Фукуроу оба-сан.

В воздухе чувствовалось легкое напряжение, девушка интуитивно повторила:

– Фукуроу оба-сан.

Вокруг совы появилось еле заметное мерцание.

– Фукуроу оба-сан! – сказала в третий раз и сова растворилась в воздухе, а рядом с Икари оказалась женщина в красивом шёлковом кимоно с вышивкой.

– Здравствуй, Икари! Молодец, ты догадалась, как меня вызвать!

– П-привет, – ответила девушка, слегка заикаясь от неожиданности. – Привет, тётушка Сова…

Икари долго беседовала с тётушкой Совой, распивая чай с шарлоткой и удивляясь всё больше и больше. Тётушка Сова расспрашивала о родителях, но девушка не слишком много могла вспомнить о них. Только фамилию Канокачими, и то, благодаря посмертному письму бабушки. Услышав эту фамилию, тётушка Сова подобралась, села очень прямо и сказала:

– Икари, ты из очень древнего рода волшебников.

– Да? Я знала, я всегда знала, что я не обычный человек. Все девчонки в школе смеялись, говорили, что на магичку я не похожа и просили что-нибудь наколдовать, а я не могла. Но, в душе я всегда это знала…

– Ты уверена, что никогда-никогда не колдовала? Совсем, ничего волшебного не случалось? Даже если ты сильно расстраивалась?

– Волшебного? Когда расстраивалась? – повторила Икари.

 – А ведь случалось! Только я  думала, что это совпадения.

– Например?

– Например, когда меня довели в школе, я убежала в слезах домой, всех моих обидчиков накрыл такой ливень, что даже трусы промокли, а на меня ни капли дождя не попало.

– А ещё? Подумай хорошенько.

– После того звонка о смерти бабушки, дождь шёл несколько недель. Стихал только на день похорон и на девять дней.