Хранящая

– Вот и славно.

Дженнар повернулся на бок, подтянув меня к животу, и отрубился. Ндя… В одной постели с симпатичным мужчиной, и все что могу – помурлыкать.

Весь день с самого утра и до поздней ночи Дженнар пропадал. Я же, по-хозяйски развалившись в его постели, практически весь этот день проспала, пару раз лениво проследив за перепуганной убиравшей комнаты служанкой. Такая же перепуганная кухарка оставила на полу блюдо сырой рыбы. Гадость какая! В ней же глисты водиться могут! Да и несет от этой рыбы так, будто ее неделю назад выловили.

Вытолкала блюдо за дверь, иначе провоняет вся комната, и снова погрузилась в чуткое полузабытье.

Дженнар, как и прошлым вечером, как только вернулся, немедленно упал на кровать. Я головой попихала его в сторону ванной. Мужчина устало усмехнулся, но пошел. Тем временем, служанка приволокла еду, и мой живот взвыл тигром. Благородно оставив половину, умяла свою долю и облизнулась. Маловато, но сойдет.

– Алиса, ты не подашь полотенце? – донесся голос.

Чего это он? Осмелел? С интересом осматривая выложенную диковинной цветной плиткой комнату с большим круглым бассейном в центре, волоку по полу его «полотенце».

Дженнара нигде не видать. Но тут меня пихнули в попу, и, проскользив по мокрой плитке оставшиеся до бассейна сантиметры, я плюхнулась в воду. Сама не помню, как вылезла – лапы дрожат, сердце колотится, мокрая вся как мышь. И этот нахал, закутанный в пушистый халат, в дверях хохочет. Ну все, я мстю и мстя моя страшна!

С глухим рыком в два прыжка нагнала ржущего мерзавца, повалила на пол и от души потопталась.

Сначала он чего-то орал, потом притих, и под конец вообще блаженно застонал. Тогда я еще и когти слегка выпустила. Этот подлец совсем по полу растекся от удовольствия! Я обиженно отошла и демонстративно улеглась на пол к нему спиной.

– Да ладно тебе, ну пошутил, неудачно – согласен. Не обижайся, – по моей спине прошлось мягкое тепло полотенца.

Дженнар говорил что-то еще, тщательно вытирая промокшую шерсть, я же едва сдерживалась, чтоб не укусить гада.

Да и вытирание против шерсти не очень-то приятная штука. А вот когда он взялся за гребень, я разомлела, и даже замурлыкала, настолько замечательными оказались ощущения. За это причесывание я была готова даже купание ему простить.

– Вот и славно, моя радость. Пошли спать?

Уже привычно устроившись у него под боком, ощутила легкое прикосновение.

– Мне кажется, я начинаю привыкать засыпать рядом с тобой, – тихое хихиканье.

Ага. И я тоже.