Падение в неизбежность

Тома твердила и твердила, как заклинание, одно и тоже:

– Если ты бросишь меня, я пропаду… Я пропаду, Макс! Ты слышишь меня?! Я пропаду…

Ему больше не было стыдно, что на них смотрит весь ресторан. В конце концов, это их жизнь, и никому не должно быть до неё дела. Томка выглядела такой родной и трогательной, особенно эта дурацкая помада, которую она успела размазать по подбородку. Максим медленно встал, выпрямился, как солдат на параде, и манерно протянул ей руку.

– Позвольте пригласить вас на танец, сударыня! Вы всегда казались мне такой неприступной.

Но всегда чертовски привлекательной!

Тамара, чуть шатаясь от выпитого шампанского, как могла красиво вышла из-за стола. Она еле сдержалась, чтобы не засмеяться, вспомнив, что на ногах у неё долбаные шпильки, в которых, по всей видимости, долго продержаться всё-таки не получится. Тамара сделала шаг навстречу Максиму и подала руку… За соседним столом, всё также вылупив глаза, сидели знакомые Томкины бабы, и по губам одной она отчётливо прочитала: «Счастливая!»

Гази из Кизляра

День первый – первый приём.

В дверь кабинета робко постучали. Показалась женская голова с распущенными волосами странного окраса, что-то похожее на цвет ржавчины вперемешку с сединой.

– Можно? Спросила нелепая голова и глупо уставилась на Ольгу, не решаясь войти.

– Конечно, можно. Вы что, не заметили зелёную лампочку? Проходите, раздевайтесь. Карточку взяли в регистратуре?

Женщина поставила в угол при входе нечто похожее на чемоданчик на колёсиках и сверху водрузила огромную, в бело-голубую полоску сумку челночника с изрядно потрёпанными углами.

Виновато улыбаясь, протянула медкарту, немного помялась в надежде найти ширму, которой явно не предполагалось, отвернулась и быстро начала раздеваться. Было очевидно, что ей очень неловко, даже стыдно, и она, как пингвин, сутулила спину, втягивая шею по самые плечи. «Словно впервые на массаж пришла! Чудная!» – подумала Оля и прочитала вслух назначение врача:

– Екатерина Михайловна Смирнова.

Пять массажей через день. Остеохондроз. Так… Ложитесь на стол животом вниз, руки вдоль туловища.

Всё в этой необычной женщине казалось нелогичным и неправильным: и странно подведённые глаза чёрным, как уголь, карандашом, и нелепая морковная помада на помятом лице. «Пятьдесят восемь, а на вид гораздо старше», – поморщилась Ольга, вспомнив, что ей в этом году стукнет сорок пять.