#Иллюзия счастья и любви (сборник)

– Да, Саш… Это, конечно, не щи! Будем из них харчо делать.

– Какое харчо! Это были щи, – у Сашки кривились по-детски губы.

– Хочешь, будем плакать вместе? – он поймал себя на мысли, что она – другая, не такая, как все, слишком нежная.

– Подожди!.. – он принёс из дома какую-то томатную пасту и кучу специй. – Пробуй, моя вариация на тему харчо.

– Сёма, я не знаю, как это называется, но есть можно… Давай ещё петрушки сверху.

– Саш, это всё? У нас на обед только харчо-щи? Тогда хлеба режь, не жалей.

– Ещё мясо… Но с ним тоже беда!

– Здесь недалёко шикарная кулинария есть, никто не поймёт. Маргарита не скажет, сама целый год оттуда кормила.

Менялись правители, рушилось Великое Государство, устанавливались новые порядки, принципы, устои, мораль, города возвращали свои прежние имена, люди оставались прежними. Вальке и Семёну однозначно пёрло – за что ни брались, всё срасталось! Переехали с Васильевского острова в самый центр, на Мойку, купили дома в Репино, охраной обложились на джипах.

– Сёмка, что ты такой понтовый, машины меняешь – одна круче другой, с девками светишься звёздными!.. Не понимаешь, братве это как серпом, – машины да бабы! Доиграешься!

– Валька, я лучше с ментами дружбу водить буду, хоть и не при делах они сейчас.

Как в воду глядел Валентин. Начались проблемы.

– Валь, ты-то пацан правильный, – подкатывала братва, – а эту морду еврейскую пора на место ставить… Сливай его, Валёк, надоел он всем, борзый больно!

Валентин пошёл к авторитету – знал одного, уважали друг друга.

– Ну что, Валь, так тоже не дело… Киньте что-нибудь в общак, не обеднеете!

– Нет! – упёрся Валентин, – ты же знаешь, один раз кинешь – всю жизнь платить будешь. Лучше сдохнуть!

– Ладно, Валёк, иди… Настырный ты. Живите, прикрою, пока сам живой. Вот ты Уральский, бесстрашный! Повезло твоему еврею!

– Брат он мне! Слышишь? Брат!

Генрих Давыдович – откуда что берётся? – связи имел серьёзные и вывел на правильных людей при власти.

Ребята лучшие места для застройки получали, компанию организовали строительную, крупную. Семён работал много, азартен был, но и удержу в веселье не знал, тёрся ночами по дискотекам да казино, бухать начал и другим не брезговал.

– Жизнь у тебя поганая, Сём, – говорил Валентин. – Вроде и Маргарита у тебя в доме, а семьи нет… Любви тебе надо, настоящей!

Сёма и сам знал, что любви надо.