Игра теней. Претендентка. Книга вторая

Без внешней стальной брони, без клыков и зубов мягкое сердце – слишком нежная мякоть. На его свет и тепло со всех сторон слетаются любители наживы, моральные гурманы. Наверное, пришло время взрослеть? Научиться закрываться твердым пологом от окружающих. Отстаивать границы. Не подпускать никого близко. Выгравировать на стальной броне три такие правильные фразы: «Не верь», «Не бойся», «Не проси».

Глава III, в которой София едва не погибает

Карету тряхнуло. И еще раз, и еще. Тяжелый комок подкатил к горлу – хорошо, что не завтракала.

Я судорожно уперлась руками в стенки справа и слева, стараясь удержаться на месте. В противном случае рисковала бы оказаться на груди Салливана. Мой сопровождающий и так едва поместился в тесном пространстве кареты. Влез и буквально заполнил собой все пространство напротив. Его массивные плечи, казалось, подпирали крышу экипажа, словно он как Атлант держал ее, не давая упасть.

– Что происходит?

Экипаж окончательно остановился, и теперь покачивался на месте, будто мы не ехали, а плыли по волнам.

Я бросила взгляд на напряженное лицо Салливана, его сдвинутые кустистые брови, сжатые в полоску губы. Мой ручной громила откинул шторку, едва выглянул и тут же резким движением открыл дверь, выскочил наружу как пружина из подарочной коробки с сюрпризом. Как ему с такой комплекцией удается так двигаться? Ума не приложу.

– Оставайтесь в карете, миледи!

После его крика я вся превратилась в слух. Застыла, напряженно вслушиваясь в крики людей: «Долой!», «Ура!» – снаружи, ржание лошадей, грохот, звуки падения, шум толпы.

Что происходит? До хруста стискиваю веер.

По крыше кареты что-то шлепнуло и покатилось. Еще один удар пришелся сбоку, и я с удивлением поняла, что обшивка кареты пробита острием металла. Нападение? Разбойники? Прямо в Столице? Что происходит, черт побери!

Паника накрыла меня с головой. Кажется, теперь я понимаю, что чувствуют люди, страдая от клаустрофобии. Замкнутое пространство и неизвестность. Стало тяжело дышать, стены словно сомкнулись со всех сторон, не желая отпускать случайную жертву.

Несмотря на слова Салливана, теперь я только и мечтала, что выбраться. Однако, это будет не так просто. Остатками разумных мыслей понимаю, что двигаться быстро, как мой сопровождающий, я не смогу при всем желании. Да и убежать в случае чего не получится: на мне слишком массивное платье с корсетом и пышной юбкой. Скорее уж я запутаюсь в подоле и рухну кульком к ногам преступников, кем бы они ни были.