Мой любимый джокер

На этот раз там, за дверью послышались шаркающие, старческие шаги и надтреснутый голос бесцветно спросил:

– Кто?!

– Баба Шура, это я, Инга! – крикнула девушка, узнав соседку. Испугалась, что дверь открывать откажутся. У бабы Шуры своеобразный характер…

– Инга?! Ты же больная, дома лежишь! Чего тута околачиваешься?!

– Нет, баба Шура, выздоравливаю я! Вы не знаете, где тётя Люда?

– А ты рази не знашь? – заскрежетал замок, дверь чуть приоткрылась, образовав небольшую щель, перехваченную по середине серебристой цепочкой.

В образовавшуюся щель дунуло сквозняком и тут же вставилось старческое лицо. – Дак, дядьку твоего, уж будет недели две, как схоронили…

– Дядя Жёра, что, умер?! – в ужасе воскликнула Инга, обхватив руками лицо. Трость с грохотом упала на кафельный пол. Новость оглушила. Инга с трудом устояла на ногах.

– Ох, ты, напужала, неугомонная! – воскликнула бабка, собираясь захлопнуть дверь перед носом у посетительницы.

– Баба Шура, баба Шура, подождите! Где же Людмила? – испугалась Инга, что не получит вовсе никакой информации, если эта дверь захлопнется.

– А где ж ей быть-то? В больнице она. Третьёводни забрали. Что-то с сердцем у ней стряслось. Всё болела, болела, сердешная, после мужиной-то смертушки.

– О, Господи! В какой больнице, не знаете?

– Видать, в районную свезли, куда же ещё? Мужа-то ейного без неё схоронили. Свалила её смртушка мужева-то наповал. Всё лежала, лежала, а третьёводни в больницу угодила. Я часом подумала, что и она помрёт, так ей плохо, сердешной, сделалось.

Я, вот, и Кляксу, кошку ейную, у себя на время приютила, и цветы забрала, пока Людмила не вернётся.

– Спасибо, баба Шура. Постараюсь отыскать её в больнице. А когда найду, то и Кляксу у вас заберу.

– Не мешает кошка. Пусть себе живёт. И мне веселее. Ну, иди, голуба, сквозит мне. Людмилу найдёшь, привет передавай. Скажи: кошка жива и здорова. Пусть не печалится об ней.

Больше не дожидаясь вопросов, баба Шура с грохотом захлопнула дверь, слегка ударив Ингу.

Ещё оставалось слишком много вопросов, но баба Шура решила прервать бесполезный диалог, посчитав, что всё необходимое уже сообщила бедной родственнице, этой пигалице – племяннице.

Инга решила больше не нажимать на кнопку звонка у негостеприимной двери. Необходимые сведения она получили и, с трудом подняв трость, подошла к лифту.

Когда дверь кабины лифта открылась, Инга уверенно поспешила к выходу из парадного. Она уже знала, что будет делать. Денег пока хватало.