Стрингер. Русские forever. Остросюжетная проза

Куприянов застыл на стуле, пытаясь сообразить, шутка ли это или представители властей говорят серьезно. Агент Вайт решил помочь своему полицейскому коллеге, проговорил, не спуская взгляда с окаменевшего лица Куприянова:

– Полина Маркус утверждает, что о похищении Томаса Маркуса, кроме нее и тебя, знал только адвокат её мужа.

– Несколько минут назад я сказал детективу Лопесу тоже самое, – каким-то не своим голосом отозвался Куприянов.

– О дате, времени и месте передачи денег – адвокат не имел понятия.

Об этом – было известно лишь вам, Олег… – виновато развел руками агент Берри Вайт, не сводя внимательного взгляда с онемевшего от неожиданности Куприянова. – Следовательно, считает ваша клиентка, только вы могли организовать появление подставных полицейских, говорящих, к тому же, по-русски…

Видя, что частный детектив продолжает молчать, Цезарь Лопес сочувственно посоветовал:

– Если у тебя нет адвоката, Олег, советую обзавестись.

– Ни хрена себе коврижки! – наконец выдохнул Куприянов, приходя в себя после оцепенения, вызванного услышанным.

 – Вот сучка!

Поскольку сказано это было по-русски, Цезарь Лопес, хоть и ходил на курсы по изучению русского языка, ничего не понял и попросил:

– Переведи!

Агент Берри Вайт усмехнулся:

– Что бы вы сами сказали, услышав такие обвинения?

– Перевода не надо, – после секундного размышления согласился Лопес.

– Рассказывайте всё с самого начала, – опускаясь на стул, проговорил агент Вайт и, заметив, что Куприянов явно хочет возразить, остановил его жестом руки: – Для меня.

Попробуем разобраться вместе.

Обреченно вздохнув, Куприянов начал:

– Три дня назад я был в своем офисе…

2

Внутри мастерской царили прохлада и сумрак, особенно ощутимые после залитой солнечным светом улицы. Пахло резиной, маслом и железом. На трех подъемниках пусть тесно, но разместились машины в разном состоянии разобранности. Около них копошились чумазые механики в темно-синих комбинезонах. Наум восседал на старом стуле за обшарпанным столом и огрызком простого карандаша деловито вносил записи в большую конторскую книгу.

Сколько Олег ни уговаривал старого мастера вести клиентскую базу на компьютере, примостившемся здесь же, на краю стола, каждый раз натыкался на молчаливое, но упорное сопротивление.

Увидев вошедшего хозяина, Наум степенно встал со стула, протянул крепкую широкую ладонь.

– Приветствую, – низким голосом сказал он, пожимая руку Куприянова.