Вэй Аймин

Заботились только о безопасности, чтобы не обвалилась крыша, чтобы зимой люди не мерзли от холода, а осенью и весной помещения не заливали дожди; чинили обветшалое, поддерживали всё в надлежащем виде, но без излишеств; сад чистили от сорняков и обрезали разросшиеся кусты и деревья, но не засаживали цветами и диковинными растениями, как это делали прочие аристократы.

Повозка подъехала к заднему входу, приставили лестницу по которой спустились Вэй Нуан, Минмин, Ся Сифен и А-Лей. Чжангонджу проследовала к главному дому, служанка поспешила за ней.

Минмин пригляделась: у ворот, за створками, показалось лицо девочки лет восьми.

– Минмин, – шепотом окликнула та гонджу.

Минмин шмыгнула за ворота, протянула палочку боярышника девочке. Девочка, улыбаясь, приняла угощение.

– Ну как? – спросила девочка гонджу.

– Как? Всё как обычно, это нельзя, то нельзя, – ответила гонджу. – Я тут с ума сойду… ничего нельзя. Мими, давай поменяемся с тобой местами.

Ты хотя бы с мутин можешь выходить в город, а я тут сижу как в клетке. Жду не дождусь – когда вырасту и покину этот дом!

– Как? – удивилась Мими, – Вы же гонджу…

– Угу… – хмыкнула Минмин, – пойдем к Бай Ци. У меня появилась идея.

Бай Ци был старым солдатом футина. В свое время он выполнял обязанности писаря и был дувеем[39 - ?? duw?i?лейтенант, военный офицер.] дзяндзюна, помощником по военным и государственным поручениям. Сейчас, отстраненный по старости от дел, он с утра до вечера проводил в столярной, вырезал таблички для докладов дзяндзюна; сшивал тонкие, выбеленные дощечки для переписи рукописей, готовил доски для починки зданий; выделывал кожу; при необходимости работал в кузнице; точил ножи, вытачивал черпаки и ложки; лепил из, принесённой с реки, глины кирпичи, обжигал черепицу.

В общем, делала всё необходимое для того чтобы поместье дзяндзюна держалось наплаву.

Минмин была частым гостем в его мастерской.

Ей нравилось наблюдать как он работает. Когда он, по поручению футина, вырезал на дощечках доклады или иные письмена, он всегда охотно учил Минмин новым символам – вэньзы[40 - ?? wеnz? ?(здесь) иероглиф.], показывал на земле перед мастерской как их писать. Пожалуй, он единственный из прислуги, кто умел читать и писать. Еще был Ван бобо[41 - ?? bоbо?дядя (здесь обращение).], управляющий поместьем, но на гонджу у него не было времени.