Компаньонка для Агрессора

Семейка, конечно, что надо! Сразу видно, в кого огневик пошёл характером. Достаточно только вспомнить, как он угрожал мне выдать, чем я занимаюсь в библиотеке до ночи.

– Тебе придётся познакомиться с моими родителями, – я поморщилась, будто в комнате дурно пахло.

На деле пахло неприятностями. Большими проблемами воняло.

– Уверен, я справлюсь, – он усмехнулся. – Если с младшей леди Хайм нашёл общий язык, то со старшей точно совладаю.

Я промолчала. Знала, что нужно рассказать Марку об особенности своей семьи, но не смогла выдавить из себя ни слова.

Перед глазами стояла сцена нашей последней встречи. Злое лицо отца, заплаканное – мамы.

"Она мертва, Милла! Смирись и живи дальше!"

Этот разговор повторялся снова и снова. Они кричали, что Шарлотты больше нет. Я отвечала, что под её могильной плитой нет тела. Значит, я буду искать сестру, пока не найду её живой или м?ртвой. Потом папа корил меня за то, что мучаю всех вокруг. Обвинял в равнодушии и эгоизме.

– Я, наверное, лучше в гостевой переночую, – замялся Лайонс.

Только когда за ним закрылась дверь, я поняла, что плакала. Вкус соли на губах, ощущение острой боли где-то в груди и мерзкие мысли об одиночестве грызли меня до самого утра. Я привычно изводила себя теориями и догадками. Думала, как бы всё сложилось, будь я рядом с Лотти, а не в другом городе. Сумела бы вовремя вразумить сестру?

Я так и не сомкнула глаз. Лежала, глядя в белоснежный потолок. Рассматривала комнату напарника в лучах рассветного солнца.

Мне казалось, спальня огневика пестрит постерами с полуголыми куртизанками, везде валяются грязные вещи, а на стене висит список соблазнённых девиц. Огромный. От потолка до самого пола.

Но я оказалась не права. Тут висели детские рисунки в рамках, семейные портреты. Стена, у которой стоял письменный стол, была увешана формулами и схемами магических плетений. И это подтверждало мою вторую ошибку. Марк не был идиотом. Он неплохо учился. Теория давалась моему боевику тяжело, но он продолжал стараться.

Я подошла к столу и открыла тетрадь. Черновик, полностью исписанный длинной формулой, которую Лайонс записал не меньше пятидесяти раз. Заучивал наизусть. Вдалбливал в собственную голову, чтобы использовать на Играх. Не иначе. Больше причин я не видела.

Глава 10. Леди-монстр

Я с ума сошла, раз согласилась на очередную аферу Лайонса. Да, мне нужно было привлечь внимание культистов, ради этого и перевелась в группу парников.