Мертвые кости, живая душа

– Прощайте, родимые, – нижняя губа девушки дрожала, и выговорила она с трудом, но поясной поклон отвесила. – И вы прощайте, земляки. Дяденька Ормо, тетенька Лантара, простите, если сможете.

Закинула котомку на плечи и пошла, заплетая ногами пыль, прочь по дороге.

– В другую сторону, – закричал ей кто-то через несколько шагов. – Слышь? Святой престол в другую сторону!..

Мойра сжалась еще сильнее, с носа капнула в пыль большая соленая капля, но она послушно развернулась на дороге и продолжила идти, поменяв направление.

Глава 2

Понятное дело, что сильно далеко она не ушла. Когда окраины деревни и общинные поля скрылись из виду, она еще некоторое время двигалась вперед, крутя в голове одни и те же мысли, жалея себя, ненавидя себя, спрашивая себя, в самом ли деле она обрекла и себя, и Альдо на вечные муки. Но ответов, конечно, не было, и ближе всех к истине всегда были Святые, а Святые говорили, что да, Мойра совершила непростительное.

Земля священна: она порождает жизнь, и она же забирает то, что остается после смерти.

Она очищает и освящает, и если человек был в жизни без греха, то очищать в нем нечего, и он встанет из земли целым, как новый Святой. Поэтому вмешиваться в то, что делала сама Земля, было запрещено. Поэтому для всех общих могил на деревенском древнем погосте было правило: вскрывать их для новых похорон можно было не чаще, чем раз в десять лет. А за десять-то лет земля успевала очистить всех, а тех, кому очищение не нужно – показать таковыми. Тогда и вставали те, кто плоть без греха, Святые, и ходили меж живых, и никто лучше них Святую Землю и Святое Небо не слышит и не понимает, поэтому они обустраивают мир.

Конечно, они лучше знали, лучше понимали, что натворила Мойра – ведь они лежали в земле, слушали ее, проникались ею, они знали, как черви точат плоть, как обнажаются кости тех, кто жил с грехом, как очищается тело, освобождая души для последнего суда и последней битвы.

Мойра же посягнула на священное – на свежезарытую могилу. Как положено, на старые кости, на деда Антео, помершего лет пятнадцать тому, опустили тело Альдо в сером саване два дня назад. Лантара бросилась на могилу потом, и плакала, и землю гостями прижимала к груди, причитая о чем-то на чужом языке, пока Старый Ормо не увел ее домой.

А в ночь пришла Мойра, которую Альдо позвал из могилы, и разрыла землю, чтобы ему помочь.