Книга царей

Орудовали, в основном, ножами, за редким исключением в ход шли стволы. Хозяев квартир убивали с порога. Выносили только самое ценное, что давало основание предполагать о входе в состав банды специалиста по антиквариату. И это притом, что все квартиры были оснащены последними моделями сигнализаций.

Милиция терялась в догадках: то ли бандитам удалось найти человека, который мог отключить любую схему, то ли производился подкуп на пультах. Последнее в режиме нападения (одно в неделю в разных городах) казалось нереальным.

Двенадцать разбоев, семь трупов, из которых двое – дети. Украдено на десятки миллионов, не считая двух картин итальянских мастеров семнадцатого века, стоимость которых по самым скромным подсчетам составляла не меньше восьми миллионов. Не рублей, долларов.

На уши были поставлены как милиция, так и ФСБ. Со дня на день банда должна была просочиться в Москву. И тогда…

Что могло произойти в столице, где, куда не плюнь, коллекционеры и ювелиры, представить не мог никто. Предупреждены были все, кто имел к данному сословию хоть какое-то отношение.

В подъездах наиболее авторитетных устраивались засады. Группы захвата сутками не покидали баз, ожидая, что первый разбой произойдет сегодня. По приказу министра внутренних дел задержаны были почти все легально живущие авторитеты. Начальники тюрем били в колокола о том, что подопечные грозятся провести день неповиновения. Что это такое, общественность знала не понаслышке.

Мостовому с Четвертным повезло больше, чем другим.

В подконтрольном районе проживали один коллекционер и два ювелира.

Мытник слыл коллекционером в третьем поколении. О том, какими экспонатами располагал в свое время дед Мытника, ходили легенды. После расстрела старика большевиками о знаменитой фамилии заговорили только после войны. Не с такой напыщенностью как до революции, но, тем не менее, разговоры шли и, надо сказать, не без основания.

Отец Натана смог не только преумножить капиталы отца, но и создать свое собственное дело, касающееся произведений искусства.

Со временем к бизнесу был приобщен и Натан. Нигде не работающий, имеющий удостоверение инвалида Мытник-младший с детства был приучен к труду исключительно во благо себя, потому говорить о труде общественном не имело смысла.

Квартира, в которой проживали Мытники, была приобретена отцом Натана на второй день после окончания войны. В Москву семья переехала из Ленинграда. По рассказам очевидцев, ремонт шел два года.