Фуга. Горсть вишневых косточек

Иоанн одобрительно кивнул:

– Александр изумительно поет, но я никак не уговорю его помогать мне в службе, он все отлынивает.

Сашка сделал вид, что не слышит. Диакон ненавязчиво прислушивался к разговору, но старался не упустить нить. Ел мало, скромно улыбался и учтиво ухаживал за дамами. Так, чтоб незаметно, исподволь Лика поглядывала на него, изучала внешность, манеры, но никак не могла взять в толк, что есть в нем такого отталкивающего, что даже кусок в горло не лезет. Невнятная поросль над верхней губой, крысиный нос… Нет ничего глупее, чем не любить человека за его лицо, к тому же Лика встречала и поневзрачней.

Глаза у дьякона темно-карие, приятный цвет, а сам взгляд плавающий, сальный. Он ни на кого не смотрел прямо, лишь бегло ощупывал и тут же отводил взор. И видно, что очень любил себя – щепетильно одевался, а уж как зачесал плюгавый хвостик. И руки гладкие, почти женские. Лика припомнила, что Сашке он тоже не понравился, значит, есть в нем нотка омерзительного. И отец бы понял это, если б смотрел на диакона не через призму исступленного восхищения Волдановича, а собственным трезвым взглядом.

– Анжелика? Ты что, не слышишь?

Лика вздрогнула:

– Прости, папа.

– Мама спрашивает, не возьмешь ли ты подопечного из общежития. Один молодой человек переезжает в новый дом и нуждается в наставнике.

– Нет, пожалуй… – Лика искала весомый предлог, чтоб отказать, можно было бы сослаться на учебу и сильную нагрузку с домашним заданием, но здесь Регина, она тут же объявит все враньем.

Иоанн тут же насупился и прогромыхал:

– Ты ни разу не брала подопечных, так не годится. Я обещал маме, что на тебя можно положиться в этом важном деле.

– Но я не хочу!

– Хотение не определяет наш жизненный путь.

– Нет, определяет! – Лика взвилась, почувствовав притеснение своих свобод, – Только по твоим тиранским представлениям нужно жилиться через силу, чтоб выстрадать себе жизнь и утешаться лишениями, как маленькой святостью.

– Ну и нахально…

– Можно мне?– тонко прозвучало над столом.

Все посмотрели на Женю. Она обратилась к отцу, но быстро отвела взгляд и теперь говорила маме:

– У меня тоже не было подопечного и, думаю, я справлюсь.

– Решено, – отец не сдался бы так быстро, не будь в доме гостей, но теперь лишь благосклонно кивнул и строго зыркнул на Лику.

– Могу я поинтересоваться, о чем идет разговор? – подал голос диакон. Не речь, а чистый мед.