Любовь по завещанию

Зато бар полон, а ещё есть вазочка с фисташками, которые окаменели от старости с трудом вскрывались при помощи ножа. Я взял бурбон деда, бокал, фисташки и нож, все это перетащил в гостиную, сел на свой диван, ноги закинул на журнальный столик и принялся отмечать бракосочетание.

– Ковбой! – позвала меня Барби. – Ты мне корсет расшнуровать не поможешь? Полы мыть неудобно будет.

И явилась во всем своём белоснежном великолепии, шурша ниспадающими складками. Господи, интимно то как, словно взаправду поженились.

Присела на пол передо мной, подставила спину, на ней хреново хитросплетение, а во мне уже два бокала. Недолго думая взял нож, и просто всю шнуровку распорол.

– Готово! Принимай работу.

Барби вскочила, чуть не потеряв по дороге платье – интересно, лифчик под такое надевается?

– Ты, – топнула ногой она, придерживая руками падающее платье. – Ты просто подлец! В чем в теперь в третий раз замуж пойду?

Я пожал плечами – это меня волновало мало. Справлялась же как то без меня, пусть и дальше.

У меня вон бурбон. Барби подарила мне ещё один гневный взгляд и убралась в свою комнату. А через пятнадцать минут прозвенел звонок в дверь.

– Это ко мне, – пропела она, словно я мог кого-то здесь ждать.

Продефелировала мимо в одной из дедовских рубашек. Тут надо отметить, что наш дед пусть и демонстрировал замашки диктатора, рост имел самый небольшой и рубашка едва прикрывала Барби задницу. Я взгляд отвёл – из принципа, хотя зрелище было стоящим. А в квартиру ввалился скоморох, я даже соскучиться не успел.

– Нижнее белье я взял, – говорил он втаскивая сумки. – Свитера, джинсы. Колготки взял ещё тёплые, хватит задницу морозить. Сапоги и зимние кроссовки…

Словом Барби опережала меня по всем фронтам, у меня тут даже трусов нет. Нужно осчастливить Вовчика негаданной свободой и таки съездить за вещами. Кен же внёс в квартиру здоровый фикус в кадке – так вот, зачем ему мышцы! А потом сел со мной рядышком.

– Будешь? – спросил я и подтолкнул к нему бутылку.

– Нет, я за рулём, да и вообще не пью – вредно.

Я закатил глаза – что происходит вообще? Куда я попал? Кен ушёл к своей Барби, я вспомнил, какая на ней короткая рубашка и живо вообразил, чем она там сейчас вполне может заниматься. В первый, блядь, день, в день свадьбы! Алкоголь во мне бурлил и требовал набить Кену морду, здравый рассудок твердил, что лучше уйти. Так я и поступил – ушёл громко хлопнув дверью. Пусть развлекаются.