Любовь по завещанию

А потом вдруг…

– Я конечно во все это не верю, – сказал я вслух, благо меня никто не мог слышать. – Но ты уж поспособствуй там, чтобы все было хорошо, ладно?

А на обратной дороге остановился и из машины вышел.

– Спасибо, блядь! – громко крикнул я и даже поклонился. – Выручила!

Огромная пушистая елка смотрела на меня равнодушно, конечно же, молчала. Зато бабка с хрипящим на поводке мопсом испуганно шарахнулась в сторону. Пёс посмотрел на меня выпуклыми грустными глазами, остановился, но бабка требовательно дернула за поводок, и мопс хрюкнув потрусил за ней следом.

– Ну какого хрена? – снова задал я риторический, по сути, вопрос.

Дело в том, что я не мог отказаться от денег. Моя мечта обошлась мне слишком дорого, я бахнул в развитие бизнеса все заработанные за много лет деньги, я взял кредит. А бизнес начнёт приносить прибыль лишь через несколько месяцев и в будущем я пока не уверен. А тут – деньги. Двести двадцать миллионов по сути не так много, но ещё дом в Крыму, на самом берегу моря – минимум миллионов пятьдесят.

Квартира, огромная дача, крепкий пакет акций… Я сразу подумал о той рекламной акции, о которой мечталось, но денег не хватало – теперь то всего бы хватило. Но, на другой стороне весов, блядь, Барби!!!

Я устало сел в машину, поехал домой. Квартира досталась мне от бабушки, и та наложила миллион ограничений на наследование – мама не смогла её продать, хотя бабушка умерла так давно, что я её толком и не помнил. А теперь она мне и не принадлежала толком.

Вовка, мой друг, развёлся со своей женой.

– Ты же в штатах, – сказал он позвонив. – Тебе все равно. А я у тебя поживу. Цветы буду поливать.

– Нет у меня цветов.

– А я заведу!

Цветы он и правда завёл – цветущую буйным цветом фиалку, которая выживала не смотря на то, что поливать он её все же забывал, и маленький кругленький кактус. А моя квартира похожа на коммуну – Вовка копит взнос но новую квартиру и вытурить мне его жалко, правда, чую уже скоро. Достал.

В квартире лёгкий хаос.

В коридоре гора ботинок, небольшая башня, сложенная из коробок от пиццы, три мусорных пакета забитых битком – на вынос. Я вздохнул – терпение. Рано или поздно это закончится. Пахнет пылью и чем-то горелым, наверное, Вовка готовил ужин. Я прошёл в свою комнату, закрыл дверь и рухнул на постель прямо в пальто и подумал вдруг – пиздец, права была Верка. Полный пиздец.

Дед был единственным человеком, которому я доверял. Отца у меня не было, мать… была в общем.