Искушение для нечисти

 – Ладно, сваливаем в особняк. Надо план захвата проработать.

Санчо не застал Хенкеля молодым и трезвым, а вот Инга прекрасно помнила мага еще до того, как взбесившаяся нежить перебила его семью. Тогда все звали его по имени, Тор. И для усиления сходства с божественным тезкой он на все заварушки ходил с огромным металлическим молотом.

Хенкель был магом земли, владеющим поднавыком управления камнями и металлами, а его жена – природницей. Идеальное сочетание. Их дом с ранней весны утопал в цветах и зелени, а осенью все Ингибитры лакомились сочными сладкими фруктами и ягодами.

Тор притаскивал их корзинами, сам аккуратно раскладывал по фарфоровым вазам и гордо улыбался каждому «спасибо».

Когда появились дети, Хенкель начал иногда заводить разговор об уходе на заслуженный отдых, а в тот день как раз решился, попросил оформить бумаги, и…

Конечно, вся команда сразу примчалась на помощь. Но нежить уже была развеяна, так что Инга лишь вызвала полицейских, чтобы засвидетельствовать смерть людей.

С тех пор трезвым Тора больше никто не видел.

Эту историю знали лишь старые члены команды. А такие, как Санчо, относились к Хенкелю снисходительно и одновременно побаивались мрачного непредсказуемого мага. Сам он предаваться воспоминаниям о прошлом не любил, а свидетели его счастливой жизни считали бессмысленным знакомить молодняк с прежним Тором. Хотя нового, в отличие от молодых, уважали. Ведь не сорвался в вольные охотники, не скатился до беспробудного пьяницы. А это не каждому под силу.

В особняке Ингу уже ждали и волновались.

– Ну, кэп, ты даешь!

– Ну ты спать!

– Мы уж думали, что без тебя придется идти!

– Да ладно, кэп бы такую крутую зачистку не пропустила!

Радостные возгласы и довольные улыбающиеся лица. Вкусный запах еды из азиатской кафешки напротив. Кто-то посторонний ни за что не догадался бы, что здесь собрались люди, у которых запланирована жестокая битва с нежитью.

Инга тоже отшучивалась, хлопала кого-то по плечу, улыбалась в ответ.

Рассмеялась над предложением захватить с собой на битву Хряпусов, чтобы те посмотрели на работу настоящих профессионалов. Понимающе кивнула сладко позевывающей Гюрзе.

Но потом, устроившись за большим столом, резко стала серьезной и, включив проектор, объявила:

– А сейчас все дружненько обмозгуем нашу прошлую операцию и учтем ошибки.

На проекторе мелькали немного корявые рисунки, сделанные Ингой наспех, по памяти, на следующий день после сражения.