Она не умела стрелять

Редакция давно стала главной частью жизни Антона, в которой были приветливая Алиме, верная Ксана, вредная Иннуся и громкоголосый главред.

Сейчас эта привычная жизнь рушилась на глазах только потому, что Ксану, как жертвенную овцу, решили использовать для грязных политических дел. Непостижимо! Она была доброй, совершенно бесхитростной женщиной, старалась уйти от конфликтов, в интригах не участвовала. Все знали, что она гораздо быстрее Иннуси справилась бы с бесконечным потоком материала, у нее было чутье на качественный контент.

Но главред слишком благоволил красавице Инне, чтобы по достоинству оценить таланты Александры Романовой. Конечно, редакцию не закроют. Возможно, выпуск номера задержится, график будет нарушен и, благодаря скандалу, даже взлетят рейтинги. Но Ксана не вернется – слишком профессионально была разыграна партия, кто-то очень тщательно подготовился. Но кто? Кому она перешла дорогу?

В кабинет заглянула Алиме, ее глаза были мокрые от слез.

– Тебя к следователю вызывают.

У главреда.

– Задрали!.. – Антон сложился пополам, вытащил из кресла долговязое тело и, шаркая по полу тяжелыми ботинками, похожими на две потрепанные временем баржи, поплелся в кабинет.

Следователь был тот же – лет сорока, с колючим взглядом холодных серых глаз. Казалось, он заранее подозревал всех и отсеивал возможных преступников методом исключения. Рядом с ним за столом сидел помощник и неразборчиво что-то строчил на листе бумаги.

– Назовите свою фамилию, – сухо произнес милицейский, когда Антон устроился напротив.

– Коваленко.

– Имя? Отчество?

– Антон Алексеевич.

– Адрес?

Антон отвечал односложно. Он возненавидел следователя еще со вчерашнего дня и ничего хорошего от допроса не ждал. Появилось гадкое предчувствие, что ищейки что-то откопали и сейчас начнут выпытывать у Антона подробности. Он панически боялся сказать лишнее, не понимая, что для Ксаны может быть по-настоящему опасным. Да любое слово! Они же его слова перевернут по-своему, лишь бы подтвердить обвинение, а ему потом мучиться всю оставшуюся жизнь из-за того, что неосознанно проговорился, предал хорошего человека.

И промолчать нельзя – как законопослушный гражданин Украины он обязан честно отвечать на вопросы офицера СБУ, ничего не утаивая. Антон про себя грязно выругался, у него тут же задергался левый глаз. Он потер его кулаком, опасаясь, чтобы следователь ничего не заметил, выругался еще раз и пожалел, что не вслух.